Экзистенциальный взгляд на ответственность

Сегодня обсуждаем тему: экзистенциальный взгляд на ответственность с комментариями от профессионалов. В статье собраны самые важные с нашей точки зрения нюансы, которые заслуживают особого внимания.

Экзистенциальный взгляд на себя

В связи с этим я хочу привести ряд предположений и предложений, которые расширяют привычное представление о способе жить, позволяют по-другому посмотреть на себя и свои проявления, увидеть в этом новые смыслы и возможности получить другой опыт.

Я думаю, что этот список будет продолжаться и дополняться, изменяться, как собственно все в жизни несет в себе перемены и изменения. Но, я надеюсь, что он нам поможем обратить внимание на себя и на то, как мы живем. А я буду рад, если вы его расширите своими соображениями и наблюдениями.

Записаться на консультацию очно или по скайпу к автору этой статьи можно по телефону +7 (926)105-53-15 или по e-mail: [email protected]

Публикации, материалы экзистенциальных конференций

В научной психологии сведения о феномене вины имеют довольно разрозненный характер. Каждый автор, как правило, указывает на какую-то одну из сторон феномена, упуская из виду другие. Оттого, возможно, проблемы, связанные с виной, в практике консультирования иногда анализируются довольно поверхностно, что замедляет или заводит в тупик процесс помощи человеку.

Довольно распространена, например, интерпретация вины только как проблемы, как нежелательного факта внутренней жизни человека (чаще эта идея звучит, конечно, в популярной психологии, но и в научной иногда тоже). Социально-экономическая ситуация, в частности, в современной России только способствует распространению данной интерпретации. Общество потребителей, общество людей, «делающих деньги», не должно сомневаться в нравственной приемлемости своих целей и средств, не должно тратить время на труд душевный и духовный. Однако последствия такого подхода печальны — и для человека, и для общества в целом. Террористы, националисты и серийные убийцы — всё это те, кто подавил в себе вину. Но даже на людей, в целом сохранивших моральный облик, тенденции современного общества оказывают влияние разрушительное. Это можно понять, например, по таким фактам нового времени, как серьезное увеличение количества разводов, снижение рождаемости, рост иждивенчества среди людей вполне здоровых и работоспособных, массовая социальная пассивность, потеря интереса к серьезному искусству и литературе и т.д.

Конечно, во многом это связано с увеличением числа людей (в особенности, молодых), мечтающих о «лёгкой» жизни, избегающих ответственности за себя, свою страну и народ — хотя бы в лице своих близких, своей семьи (не говоря уже обо всех прочих). «Лёгкость», обретаемая таким образом, в конце концов, приводит человека к скуке, равнодушию, чувству бессмысленности и ожесточению — ибо «абсолютное отсутствие бремени ведет к тому, что человек делается легче воздуха… становится полуреальным», но «чем тяжелее бремя, тем наша жизнь ближе к земле, тем она реальнее и правдивее» [1].

Итак, смысл часто приходит к нам только вместе с бременем, но не любым, не случайным — а только с тем, несение которого являет собой собственное уникальное предназначение человека. Экзистенциальные обязанности есть у каждого, и понять, в чем они заключаются, как нельзя глубже и точнее помогает чувство вины.

Такое положение вещей отрицает справедливость понимания чувства вины как проблемы. Осознание вины — свершившееся или предчувствуемое — это, возможно, единственное, что иногда заставляет человека возвращаться к себе, переосмысливать свою жизнь, брать на себя ответственность. По этой причине простое подавление вины (как бы она иногда ни была мучительна), может, в конце концов, привести человека к катастрофе не только в этическом, но и в психологическом смысле.

Однако подлинную вину нужно еще уметь узнать, отличить ее от вины невротической. Анализ литературы, данные наших феноменологических исследований привели к важности разведения этих двух феноменов.

Невротическая вина — это образование, которое субъективно кажется виной, но ею не является (выполняет другие функции) [2]. К. Хорни говорит о том, что переживание такой вины обычно принимает только форму самообвинений, которые часто являются «фантастическими или, по крайней мере, сильно преувеличенными»[3]. Хорни пишет, что «чувство вины, подобно чувству собственной неполноценности, вовсе не является крайне нежелательным; невротичный человек далек от желания избавиться от него. В действительности он настаивает на своей вине и яростно сопротивляется любой попытке снять с него это бремя» [3]. Но при этом, по словам К. Хорни, «бессознательно сам невротик отнюдь не убежден, что является недостойным или ничтожным человеком. Даже когда он выглядит подавленным чувством вины, он может прийти в крайнее негодование, если другие станут всерьез принимать его самообвинения» [3].

Хорни отмечает важнейший момент: невротическая вина на самом деле «не позволяют невротику увидеть необходимость изменений» и служит заместителем таких изменений. То же самое утверждают и некоторые служители церкви: по мнению игумена Евмения, невротик обычно воздерживается от подлинного раскаяния (в том числе из-за страха неодобрения), но очень охотно выражает свое чувство вины [4].

Мы видим, что глубочайшим смыслом невротической вины вовсе не является желание искупить, исправить некий ущерб. Функции этой вины, которые выделяет К. Хорни, таковы: проявление страха неодобрения; защита от этого страха; защита от высказывания обвинений [3]. Однако, исходя из ее работы, смыслами невротической вины могут являться также (в разных сочетаниях): избегание и замещение изменений, устранение опасности обвинять других (ибо принять вину на себя иногда представляется более безопасным), потребность в наказании (К. Хорни описывает случаи, когда после реально случающихся несчастий и неблагоприятных событий такая вина нередко стихает, как и другие невротические симптомы) и т.д. [3].

Р. Мэй рассматривал невротическую вину как следствие подавляемой экзистенциальной (онтологической) вины [5].
Обобщая, можно заметить, что авторы сводят вину невротика к одному тому же — к защите от ответственности перед своим бытием. В этом радикальное отличие невротической вины от вины подлинной (несмотря на трудность их разделения в повседневной жизни) — подлинная вина, напротив, имеет своим смыслом потребность нести эту ответственность.
Смысл появления подлинной вины связан с экзистенциальной потребностью человека в обретении истинной идентичности. Подлинная вина «напоминает» человеку о нём самом, побуждает его к аутентичности. Появление такой вины может быть не связано с несоблюдением зримых норм, с усматриваемой другими людьми ответственностью. Эта вина связана только с личной ответственностью, которая напрямую зависит от уникальной идентичности человека, его ценностей, привязанностей, предназначения и т.п. [6, 7].

Но истинная идентичность, истинные ценности и предназначение часто остаются загадкой для самого человека. Именно поэтому чувство подлинной вины может прийти внезапно, его иногда трудно предсказать и не менее сложно контролировать [7]. Подлинная вина может быть не только за свое несовершенство — но и за несовершенство других, несовершенство мира [6]. Мы ответственны за то, что для нас важно.

Читайте так же:  Важные человеческие качества

Осознание того, что ответственность понесена не была (даже если это было объективно невозможно) и это привело к ущербу для того, за что (за кого) я должен был ее понести, и вызывает чувство вины. Долженствование тут определяется не налагаемыми извне обязательствами, но внутренними обязанностями. Несоблюдение внутренней обязанности означает потерю себя-истинного, истинной идентичности — человеку-такому-какой-он-есть начинает угрожать небытие. Эту угрозу мы начинаем чувствовать, как правило, сталкиваясь со смертью (в широком смысле) — осознавая, что нечто важное уже не вернуть [7, 8].

Возвращение к себе происходит путем искупления, но этот процесс может не привести к полному избавлению от вины. Причины этого не только в непоправимом несовершенстве человека и окружающего его мира, но и в интуитивном знании возможности другого — совершенного — себя и совершенного мира, а также в абсолютной ценности этого совершенства. Именно поэтому подлинная вина является данностью подлинного бытия, и несение ответственности — это не только процесс искупления, но и погружение в бытие-виновное — в то бытие, где становится ясно, что полное искупление невозможно [8].

Мы также пришли к необходимости ввести еще и два типа внутри подлинной вины, поскольку их смыслы тоже существенно различаются. Первый тип — вина неаутентичного бытия (ее появление указывает на то, что я поступил неправильно, что-то важное не сделал или просто сделал не всё, что мог). Второй тип — вина аутентичного бытия. Человек может делать всё возможное, но, тем не менее, продолжать чувствовать себя виновным — и нам кажется принципиально важным принять тот факт, что это не признак патологии, а свидетельство неумирающей человечности в человеке, его аутентичности, его открытости миру, искренности перед самим собой. Неспокойная совесть говорит о напряженной работе духовной жизни. Происходящее в полной мере изменить нельзя, нельзя понести ответственность до конца — значит, единственное, что еще остается (последний аргумент миру от остающегося самим собой человека) — это принять на ответственность даже за то, чего нельзя изменить, — использовать эту последнюю возможность быть свободным.

Результатом нашей работы может быть более внимательное отношение к интерпретации смыслов вины в повседневной жизни и в практике психологов — для принятия адекватных решений в деле становления и самоопределения человека.

[2]

Свобода и ответственность

Человеческое бытие, согласно экзистенциалистам, — совершенно уникальная реальность, к которой неприменимы никакие нечеловеческие мерки причинно-следственных связей. Ничто внешнее не властно над человеком. Он есть причина самого себя. Вот почему в экзистенциализме человек свободен, ибо свобода — это сама экзистенция. Экзистенция является «обиталищем» человеческой свободы, а потому человек — это свобода, и он осужден быть свободным. Основанием свободы в экзистенциализме является то, что человек сам себя создает, и он ответствен за все, что делает. Однако для религиозных экзистенциалистов свободу можно обрести только в Боге.

Свобода в экзистенциализме предстает как тяжелое бремя, которое должен нести человек, поскольку он личность и обречен быть свободным — быть самим собой. Конечно, человек может отказаться от своей свободы. Но это означает отвергнуть свою личность. Стало быть, свобода у экзистенциалистов состоит не в определении себя через объективированные признанные цели и интересы общества. С точки зрения философов этой ориентации, свобода осуществляется, во-первых, через расширение и даже универсализацию личной ответственности и, во-вторых, через истолкование своей деятельности в контексте всеобщей взаимосвязи и судьбы человеческой духовности. Эти выводы экзистенциализма отчетливо оттеняют важную и, несомненно, заслуживающую внимания идею: совершенствование личности человека способствует развитию свободной и достойной общественной жизни, а не наоборот, как нередко себе представляют многие, кто подвержен настроениям социального иждивенчества.

[3]

Экзистенциализм нельзя рассматривать как философию бездействия. Он определяет человека через его поступки, показывает, что все происходящие с ним изменения есть результат не внешних и механических воздействий, но жизненных и внутренних его принципов. Экзистенциальное мирочувствование особенно созвучно сегодняшнему состоянию России. Миллионы людей сегодня оказываются перед выбором свободы или порядка, активности или подчинения, свободы или бегства от свободы.

Крупнейший представитель немецкого экзистенциализма Карл Ясперс (1883—1969). Его основные работы: «Общая психопатология» (1913), «Философия» (1932, в трех томах), «Духовная ситуация эпохи» (1931), «Экзистенциальная философия» (1938), «Философская вера» (1948). Основным понятием философии Ясперса является понятие экзистенции. Под ней он подразумевал ту сторону человеческого бытия, которая не может быть изучена наукой, вообще не может быть предметом изучения. Для Ясперса экзистенция тождественна свободе, которая находится за пределами предметного мира. Свобода располагается в бытие самости, в предметном же мире для нее не находится ни одного места, где она могла бы поместиться. Свобода для Ясперса — это вид отчужденного состояния. Он связывает свободу со знанием, произволом, законом и отмечает, что без последних не может быть свободы.

При рассмотрении экзистенции Ясперс подчеркивает ее историчность. При этом историчность индивида проявляется в том, что он постоянно находится в определенной ситуации. Ясперс рассматривает различные ситуации, которые могут возникать в политэкономии, истории. Он выделяет ситуации всеобщие, типические и исторические определенные однократные. Наиболее важные, по Ясперсу, ситуации исторические, а среди них — пограничные ситуации, а именно смерть, борьба, вина, страдание. Пограничная ситуация характеризуется тем, что для человека выступает несущественным все то, что заполняло его повседневную жизнь. Человек постигает свою сущность. История для Ясперса выступает как нечто однократное, неповторимое. Историю мы познаем, подчеркивает Ясперс, не через всеобщие законы, а через индивидуальные. То, что повторяется, то, что может быть заменено другим, — это уже не история. Человек не должен занимать отстраненной позиции по отношению к окружающему миру, он должен все время испытывать чувство боли за возможную утрату мира в силу его бренности и хрупкости.

Французский философ Жан-Поль Сартр (1905—1980) — представитель атеистического экзистенциализма. Основные произведения Сартра: «Воображение» (1936), «Бытие и ничто» (1943), «Экзистенциализм — это гуманизм» (1946). Главная проблема, которую ставит экзистенциализм, — это дать описание того, как индивидуальное сознание постигает существование. Сартр пытается выяснить, что такое человеческая реальность. Она, по его мнению, не содержит в себе ничего такого, что могло бы обусловить человеческое поведение. Объясняя человеческие поступки, невозможно сослаться на что-либо твердо объективное, прибегнуть к каким-то всесубъектным предпосылкам. Человек абсолютно свободен в своем поведении, и он вынужден сам отвечать за все происходящее. Человеческое бытие в этой связи — это ничем не предопределенный выбор. Все, что происходит с человеком, все его поступки проистекают из его собственных личных усилий, и они сами образуют меру его индивидуальной ответственности и свободы. Более того, человеческая реальность трактуется Сартром как ничто.

Читайте так же:  На пути к диссоциации и обратно в целостность

Согласно убеждениям Сартра, предшествующая философия обнаружила безразличие к сокровенным структурам человеческого бытия. Поэтому содержание его, Сартра, творчества определяется стремлением раскрыть специфически человеческий способ «быть», а тем самым вернуть человека к заветным истокам его существования. Новая сознательная ориентация видится Сартру в том, чтобы описать процесс этого восстановления человека на путях обретения специфического опыта сознания, максимально удаленного от общезначимых норм оценок и поведения и предельно индивидуализированного, хотя и обладающего при этом некоторыми общими чертами. В этом Сартр усматривает свой гуманизм.

Таким образом, сущность человеческой реальности Сартр видит в специфике человеческой субъективности, которая в конечном счете сводится им к сознанию. Но проблемы сознания Сартр понимает не как гносеологические, связанные с познанием. Напротив, он трактует их как психологически «практические». Один из главных тезисов Сартра гласит: существование лишено сущности.

Вместе с тем Сартр подчеркивает, что свобода постоянно находится под угрозой. Поскольку она отождествляется им с опытом собственного сознания, человеку приходится ее все время отстаивать. «Вещи», противостоящие свободе, обладают агрессивностью. Они то и дело подстерегают человека, обрушиваются на него. Сама «материальность» у Сартра — это вносящее в человека диссонансы чувство помехи, скованности, несвободы. Выявление фундаментальной субъективности сознания Сартр рассматривает как предельное основание для осуществленного им на основе феноменологического метода построения экзистенциалистской антропологии.

Человек ответствен не только за себя, но и за других. Он озабочен судьбой всех людей. Разъясняя это положение своей философии, Ж.-П. Сартр подчеркивает, через cogito ergo sum (я мыслю, следовательно, я существую) человек постигает себя как другого. Этот «иной» так же достоверен для него, как и он сам. Другой потребен для собственного существования и самопознания человека.

Когда человек совершает тот или иной поступок, он толкает на определенную жизненную магистраль не только себя, но и других, а то и все человечество. Разве это не повышает меру ответственности человека за свои действия? Человеческое бытие — совершенно уникальная реальность. Нечто внешнее не властно над человеком. Он есть причина самого себя. Экзистенциалисты утверждают, что человек свободен, он осужден быть свободным.

Что же является основанием для свободы человека? Тот факт, что он сам себя создает, сам ответствен за содеянное. Сартр считает, что все люди свободны, потому что никто не может исключить из сознания свободу. Свобода абсолютна. Человек отличается от всех других созданий именно тем, что он способен выбирать самого себя, быть самим собой и нести ответственность (прежде всего перед собой) за свой выбор.

У Хайдеггера мы встречаем несколько иную позицию. Он полагает, что человек в своем выборе обусловлен необходимостью поставить себя перед последней возможностью своего бытия — смертью. У человека много альтернатив. Но он всегда может мысленно оказаться у конечного порога. Поэтому человек может частично ограничить свою свободу. Только в этом случае человек может решить, что «говорит» ему в этот момент бытие.

По мнению К. Ясперса, вопрос о бытии человека не однозначен. Человек всегда есть нечто большее, чем то, что он знает о себе. Всегда есть возможность превзойти самого себя. Человек не одинаков во всех случаях, потому что он постоянно находится в пути. Как уже отмечалось, человеческое бытие расколото хотя бы потому, что он рождается мужчиной или женщиной. Но бытие человека расщеплено не только тайной пола. В нем парадоксально сосуществуют дух и плоть, рассудок и чувственность, душа и тело, долг и свобода. Это означает, что существование человека — не круговорот, который повторяет себя во всех поколениях. Человек может изменить себя через свободу. Человек — не только существование, но и некая возможность, даруемая ему свободой.

Экзистенциальный взгляд на ответственность

ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

Часть Первая
ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНО-ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ ПОДХОД: ИСТОРИЯ И ТЕОРИЯ

1.1. ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОЙ ПАРАДИГМЫ

Экзистенциальная парадигма, как уже было подчеркнуто, имеет очень древние и разнообразные исторические корни. Можно выделить как минимум три основные группы источников : литературные, философские и психологические ( Schneider, May , 1995).

Литературные истоки , возможно, самые многочисленные и самые древние. Кирк Шнайдер и Ролло Мэй приводят в качестве примера одного из первых документально зафиксированных проявлений экзистенциальных взглядов ассирийско-вавилонский текст «Гильгамеш» , написанный около пяти тысяч (!) лет назад ( там же , р. 11). Экзистенциальные мотивы – особенно такие, как стремление к свободе, осмысление своего места в мире, поиск смысла жизни и другие – можно найти в творениях всех эпох и народов. Очень остро звучат экзистенциальные вопросы в древнегреческих трагедиях, в «Божественной комедии» Данте, шекспировских «Гамлете» и «Макбете», «Фаусте» Гете и ряде других произведений. Великие писатели «золотого века» русской литературы – особенно Ф.М.Достоевский, Л.Н.Толстой, А.П.Чехов – также уделяли много внимания этим проблемам.

Философская традиция . Как философский взгляд на мир экзистенциальный подход насчитывает много веков и несколько десятков имен известных мыслителей из разных стран. Трудно дать исчерпывающий перечень, достаточно назвать Демокрита, Сократа, Аристотеля , философов итальянского Возрождения, Шеллинга, Канта , в определенном смысле Гегеля и многих других.

Своеобразно, но вполне отчетливо звучат экзистенциальные мотивы в восточной философской традиции (особенно индийской, китайской) – как древней, так и современной.

Но наиболее мощное влияние на становление ЭГП оказали философские поиски мыслителей XIX-XX веков. Джеральд Корэй (Corey , 1986а, р. 74) в качестве наиболее влиятельных фигур, заложивших философский фундамент экзистенциализма, называет Федора Михайловича Достоевского (1821 – 1881), Серена Кьеркегора (1813-1855), Фридриха Ницше (1844-1900), Мартина Хайдеггера (1889-1976) и в особенности – Жан-Поля Сартра (1905-1980) и Мартина Бубера (1878-1965).

Например, Ирвин Ялом , один из современных лидеров ЭГП, считает, что на его собственные взгляды наибольшее влияние оказали попытки этих авторов осмыслить следующие идеи и проблемы (Yalom , 1980):

  • у Достоевского – творчество, бессмысленность и смерть;
  • у Кьеркегора – творческая тревога, отчаяние, страх и трепет, вина и ничто;
  • у Ницше – смерть, самоубийство и воля;
  • у Хайдеггера – аутентичное бытие, забота, смерть, вина, индивидуальная ответственность, одиночество;
  • у Сартра – бессмысленность, ответственность и выбор;
  • у Бубера – межличностные отношения, Я-Ты перспективы в терапии и самотрансценденция.
  • Читайте так же:  Воспитание детей и родительская жестокость

    Влияние этих мыслителей на развитие ЭГП, разумеется, не ограничивается данным перечнем проблем и каждый представитель экзистенциального направления выбирает свои темы и ориентиры, проставляет свои акценты.

    Психологические корни ЭГП также многообразны. Экзистенциальные идеи (с различной степенью последовательности и полноты) оказались близки многим психологам – в том числе и тем, кто не причислял себя к явным сторонникам ЭГП. Поэтому влияние экзистенциализма на психологию не ограничилось появлением собственно экзистенциального направления – очень многие психологические школы в той или иной мере ассимилировали эти идеи. Особенно сильны экзистенциальные мотивы у Эриха Фромма, Фредерика Перлза, Карен Хорни , уже упоминавшегося С.Л.Рубинштейна и др. Это позволяет говорить о целом «семействе» экзистенциально-ориентированных подходов и различать экзистенциальную психологию (терапию) в широком и узком смысле. В последнем случае экзистенциальный взгляд на человека выступает как хорошо осознаваемая и последовательно реализуемая принципиальная позиция.

    Первоначально это собственно экзистенциальное направление (в узком смысле) в психологии и психотерапии именовалось «экзистенциально-феноменологическим» или «экзистенциально-аналитическим» и представляло собой чисто европейский феномен.

    Экзистенциальное направление в психологии возникло в Европе в первой половине XX века на стыке двух тенденций : с одной стороны – это неудовлетворенность многих психологов и психотерапевтов господствовавшими тогда детерминистскими взглядами и установкой на объективный, «научный» анализ человека; с другой стороны – это мощное развитие экзистенциальной философии, которая проявляла большой интерес к психологии и психиатрии. В результате в психологии появилось новое течение – экзистенциальное, представленное такими именами, как Карл Ясперс (1883-1969), Людвиг Бинсвангер (1881-1966), Медард Босс (1903-1990), Виктор Франкл (1905-1997) и др.


    После второй мировой войны экзистенциальный подход получил широкое распространение и в США. Причем, там в числе его наиболее ярких представителей оказались некоторые лидеры третьей, гуманистической «революции» в психологии (которая, в свою очередь, во многом опиралась на идеи экзистенциализма) – Ролло Мэй, Ирвин Ялом, Джеймс Бюджентал и др.

    Видимо, поэтому некоторые из них – в том числе и Дж.Бюджентал – предпочитают говорить об экзистенциально-гуманистическом подходе. Как представляется, такое объединение вполне обоснованно и имеет глубокий смысл. Экзистенциализм и гуманизм, безусловно, – не одно и то же, хотя имеют много общего. Название «экзистенциально-гуманистический» фиксирует не только их нетождественность , но и принципиальную общность , которая заключается прежде всего в признании за человеком свободы построения своей жизни и способности к этому (подробнее об этом – см. ниже).

    Однако, признавая ведущую роль европейских, а затем американских экзистенциалистов, следует отметить еще две важные линии развития экзистенциальных идей, о которых говорилось выше – восточную и российскую.

    Восточная философско-психологическая традиция оказала большое влияние на многие психологические школы, не избежал этого влияния и ЭГП. Правда, у экзистенциальных психологов прямые ссылки на восточных авторов более редки, чем, скажем, у А.Маслоу, К.Роджерса или Ф.Перлза , и некоторые историки психологии считают, что именно представители ЭГП (в частности – Дж.Бюджентал ) оказались менее восприимчивы к восточной философии ( de Carvalho , 1996, p. 50). И все же, прямо или косвенно, «восточный след» можно найти и у Р.Мэя ( Schneider, May , 1995, p. 164) и у Бюджентала – особенно очевидна близость его концепции «Я-процесса» и основополагающих идей дзен-буддизма (см. Bugental , 1965 и др.).

    Видео удалено.
    Видео (кликните для воспроизведения).

    Российская линия развития экзистенциализма, к сожалению, не оказала прямого существенного воздействия на становление экзистенциальной парадигмы в мировой психологии и даже в отечественной культуре не стала пока влиятельной силой. Исключение составляет, конечно, Ф.М.Достоевский , которого хотя и нельзя назвать последовательным экзистенциалистом, но многие идеи которого – отстаивание «человеческого в человеке», ответственности личности за свои поступки, за поиск смысла своего существования и т.п. – и сегодня вызывают большой интерес у философов и психологов экзистенциальной ориентации.

    На рубеже XIX-XX веков экзистенциальные мотивы явно прослеживаются у многих российских философов – особенно у Н.А.Бердяева (1874-1948), Л.И.Шестова (1866-1938) и др. Особо следует отметить выдающихся отечественных мыслителей С.Л.Рубинштейна (1889-1960) и М.М.Бахтина (1895-1975).

    Сергей Леонидович Рубинштейн долгое время был среди главных идеологов и теоретиков советской психологии. Он – один из создателей теории деятельности, автор многих основополагающих принципов отечественной психологии. В то же время именно он развивал «личностный подход» , который нашел свое воплощение в фундаментальном философско-психологическом труде «Человек и мир» (Рубинштейн , 1976), имеющем ярко выраженную экзистенциальную направленность. В нем были подробно рассмотрены такие классические для экзистенциализма (но совсем не традиционные для тогдашней официальной советской науки) понятия как «бытие», «существование», «свобода», «я и другой человек», «любовь», «человек как субъект жизни» и т.п. И хотя формально в тексте содержится критика экзистенциализма (возможно – из идеологических соображений), его дух присутствует очень явно.

    Михаил Михайлович Бахтин , блестяще знавший европейскую философию (в том числе, конечно, и экзистенциальную) и многое из нее почерпнувший, создал свою, особую «философскую антропологию», которая в большой мере опирается также и на взгляды Достоевского. Особенно сильно экзистенциальное начало проявилось в концепции поступка Бахтина, в центре которой – идея «не-алиби-в-бытии» личности, ее онтологической ответственности (Бахтин , 1986).

    [1]

    Еще более явно экзистенциальный пафос звучит во взглядах Бахтина на личность и общение, в его знаменитой концепции диалога (во многом перекликающейся с идеями М.Бубера). А его определение человека как личности – «конкретность (имя), целостность, ответственность и т.п., неисчерпаемость, незавершенность, открытость» ( Бахтин , 1979, с. 343) – может считаться классически экзистенциальным (подробнее об этом см. Братченко , 1991). Не случайно именно идеи Бахтина легли в основу одного из самых экзистенциально ориентированных подходов в современной отечественной практической психологии – диалогического подхода к консультированию Андрея Феликсовича Копьева (Копьев , 1996 и др .).

    Из наиболее ярких, оригинальных и перспективных направлений в современном развитии отечественной экзистенциальной психологической мысли следует прежде всего назвать «психологию переживания» Федора Ефимовича Василюка (Василюк , 1984) и «психологию смысла» Дмитрия Алексеевича Леонтьева (Леонтьев Д.А ., 1999).

    В последние годы и у многих других отечественных психологов экзистенциальные мотивы звучат все яснее, все настойчивее, ярким свидетельством чего является первая фундаментальная книга, достаточно полно представляющая передовой край «движения за» гуманистическую и экзистенциальную психологию в России (своеобразный аналог американского «Вызова гуманистической психологии» 1967 года) – «Психология с человеческим лицом» (1997).

    [3]

    В целом на основании данного краткого исторического обзора можно с уверенностью утверждать, что экзистенциально-гуманистические взгляды относятся к числу наиболее древних, подробно осмысленных, выстраданных и последовательно отстаиваемых в истории человечества.

    Читайте так же:  Перепутаница или возможно ли выйти замуж за принца

    Соответственно, можно считать, что наметившаяся в последнее время тенденция к гуманизации психологии и психотерапии не является движением по совершенно новому и неизведанному пути, а, наоборот, – соответствует фундаментальной кросскультурной гуманистической традиции (включающей, естественно, и экзистенциализм), которая имеет длительную историю и в русле которой накоплен богатейший опыт.

    В то же время очевидно, что на сегодня потенциал экзистенциального подхода далеко не исчерпан – особенно в области психологии и именно в психологии российской. Задача состоит в том, чтобы, опираясь на понимание, осмысление и принятие этой традиции, использовать уже имеющийся опыт и достижения для создания нового, своего варианта (лучше – вариантов) психологии «с человеческим лицом».

    Есть надежда, что знакомство с ЭГП и конкретно с концепцией Джеймса Бюджентала будет способствовать дальнейшему развитию гуманистического и экзистенциального направления в отечественной психологии, реализации его огромных возможностей.

    ОГЛАВЛЕHИЕ >>> Библиотека Фонда содействия развитию психической культуры (Киев)

    Экзистенциализм о свободе и ответственности личности

    Читайте также:

    1. Cубъект-объектный и субъект-субъектный подходы к социализации личности.
    2. III. Психология личности.
    3. V2: Формирование личности. Средства и методы педагогического воздействия на личность
    4. VI. Организационные механизмы привлечения судьи к ответственности за ненадлежащее выполнение своих обязанностей
    5. Акмеологические основы самосовершенствования личности.
    6. Аксиологические параметры бытия человека в мире. Экзистенциальный опыт личности.
    7. Активность личности. Потребности и мотивы
    8. Актуализатор как социально-психологический тип личности.
    9. Анализ человеческого существования в философии экзистенциализма.
    10. Аналитическая теория личности.
    11. Б18-1.Развитие, воспитание и формирование личности. Факторы формирования личности.
    12. Базовые теории воспитания и развития личности.

    Вопрос 21. Этические проблемы в истории философии. Свобода и ответственность. Мораль и право.

    Свобода

    -в самом общем смысле, наличие возможности выбора, вариантов исхода события. Отсутствие выбора, вариантов исхода события равносильно отсутствию свободы.

    Свобода воли

    — понятие, означающее возможность беспрепятственного внутреннего самоопределения человека в выполнении тех или иных целей и задач личности. В истории философской и богословской мысли понятие свободы воли связывалось с вменяемостью человека, с его ответственностью за свои деяния, с исполнением своего долга и осознанием предназначения. Волевые качества человека определяются отчасти генетически, отчасти воспитываются окружающей средой, входя в структуру характера личности.

    Проблема свободы воли тесно связана с вопросами о моральной ответственности, и потому она встает перед многими людьми.

    Ответственность

    — саморегулятор деятельности личности, показатель социальной и нравственной зрелости личности. Ответственность предполагает наличие у человека чувства долга и совести, умения осуществлять самоконтроль и самоуправление. Совесть выступает как контролер всех действий человека. Сделанный человеком выбор, принятое решение означают, что человек готов взять на себя всю полноту ответственности и даже за то, что он не смог предусмотреть. Неизбежность риска сделать «не то» или «не так», предполагает наличие у человека мужества, необходимого на всех этапах его деятельности: и при принятии решения, и в процессе его реализации, и, особенно в случае неудачи. Таким образом, свобода связана не только с необходимостью и ответственностью, но и с умением человека сделать правильный выбор, с его мужеством и с рядом других факторов.

    Между моралью и правом имеется как сходство, так и различие. Общее между ними то, что они регулируют отношения между людьми, имеют дело с нормами и правилами человеческого общежития.

    Различие в следующем. Право регулирует отношения между людьми с помощью законов и опирается на силу государства. Мораль же регулирует отношения людей путем убеждения, действия на их сознание, на их разум. Она опирается на силу общественного мнения, на силу порицания или одобрения людей и полагается на совесть человека.

    Нормы права, установленные государством, выражаются в законах и являются обязательными для граждан государства. Государство обязывает соблюдать эти нормы, принуждая к такому соблюдению всей мощью своего аппарата. Право — ничто без аппарата, способного заставлять людей соблюдать нормы права.

    Далее, если право есть регулирование межчеловеческих отношений сверху, исходящее от воли государства, то мораль есть регулирование межчеловеческих отношений снизу, исходящее от воли и сознания отдельных людей или групп людей, создающих общественное мнение.

    Политика — управление группами людей в форме маневрирования или конфронтации в условиях неопределенности и конкуренции, конфликта интересов.

    Одним из крупнейших и влиятельных течений современной фило­софии является экзистенциализм (философия существования). Эк­зистенциализм представлен в современной философии многочис­ленными учениями и школами.

    Способность человека творить самого себя и мир других лю­дей, выбирать образ будущего мира является, с точки зрения экзи­стенциализма, следствием фундаментальной характеристики че­ловеческого существования — егосвободы. Человек — это свобода. Экзистенциалисты подчеркивают, что человек свободен совершен­но, независимо от реальных возможностей существования его це­лей. Свобода человека сохраняется в любой обстановке и выражается в возможности выбирать, делать выбор. Речь идет не о выборе возможностей для действия, а выражении своего отношения к дан­ной ситуации. Таким образом, свобода в экзистенциализме — это, прежде всего, свобода сознания, свобода выбора духовно-нравст­венной позиции индивида.

    Следует признать сильную сторону в постановке проблемы свободы у экзистенциалистов. Она заключается в стремлении под­черкнуть, что деятельность людей направляется, главным образом, не внешними обстоятельствами, а внутренними побуждениями, что каждый человек в тех или иных обстоятельствах мысленно реагиру­ет не одинаково. От каждого человека зависит очень многое, и не на­до, в случае отрицательного развития событий, ссылаться на «обсто­ятельства». Люди обладают значительной свободой в определении целей своей деятельности. В каждый конкретно-исторический мо­мент их существует не одна, а несколько возможностей. При нали­чии реальных возможностей развития события не менее важно и то, что люди свободны ввыборе средств для достижения поставленных целей. А цели и средства, воплощенные в действия, уже создают оп­ределенную ситуацию, которая сама начинает оказывать влияние.

    Слабость же экзистенциалистского подхода состоит в неуме­нии или нежелании увязать субъективные цели и намерения лю­дей, субъективную позицию с внешними историческими детерми­нантами, с тем фактом, что каждый человек, рождаясь на свет, за­стает готовым, сложившимся определенный уровень материальной и духовной культуры, систему социальных институтов и т. д. Он включен в это и ему приходится действовать в тех рамках, которые они диктуют.

    Со свободой теснейшим образом связана и ответственность человека. Без свободы нет и ответственности. Если человек не сво­боден, если он в своих действиях постоянно детерминирован, пре­допределен какими-либо духовными или материальными фактора­ми, то он, с точки зрения экзистенциалистов, не отвечает за свои действия. Но если человек поступает свободно, если существует свобода воли, выбора и средств их осуществления, значит, он в от­вете и за последствия своих действий.

    Читайте так же:  Психологический портанс

    Учения экзистенциалистов носит яркое выраженный нравст­венно-этический характер, мобилизует людей на формирование активной жизненной позиции. В трудные времена второй мировой войны, в условиях немецкой оккупации оно стимулировало участие многих тысяч людей во Франции и других странах Европы на учас­тие в движении Сопротивления, на противостояние тоталитарист­ской идеологии. В послевоенное время под влиянием экзистенциа­лизма находились различные леворадикальные движения. С ухо­дом из жизни основных представителей этого течения влияние экзистенциализма существенно ослабло. Однако его основные идеи были освоены другими направлениями современной философии и по сей день продолжают оказывать свое воздействие на людей че­рез философию, литературу и искусство.

    Дата добавления: 2015-03-29 ; Просмотров: 3770 ; Нарушение авторских прав? ;

    Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

    Экзистенциальный взгляд на человека.

    Экзистенциальная (далее Э.), философия считается явлением 20 века, Хотя истоки можно найти в антике, буддизме, даосизме, христианстве …

    Э. терапия и психология переплетается с философией более всех терапий. Основной метод – феноменологический – описание субъективного опыта жизни человека. Экзистенциальное направление трудно определить, так как мнения философов расходятся, но есть любимые темы : смерть, смысл жизни, свобода, ответственность, выбор, страдание …

    После первой мировой воины Экзистенциализм стал движением, и особое развитие приобрел во Франции. К этому направлению можно отнести Ж. П. Сартра, Г. Марселя, А. Камю, хотя он сам отказывался называть себя Экзистенциалистом. Движение это было очень пестрое, как и спектр решаемых проблем. Далее — Мартин Лютер, Мартин Хайдеггер, Карл Ясперс, Бердяев, Шестов, Пауль Тиллих, …

    Основной вопрос Э. ,вопрос о природе человека, от ответа на него зависит вся практика. Кроме того практик должен знать связи между негативом и позитивом в жизни человека (Любимая тема Э. соотношение абсурда и смысла в жизни каждого) без уклона в любую сторону.

    Уже после появления в 1927 году труда М. Хайдеггера «Бытие и время» появились попытки перенести его взгляды в психиатрию. В 1930 году появилась статья Бинсвангера «Сновидение и экзистенция », в которой была попытка посмотреть на сновидение через призму идей Хайдеггера.

    Людвиг Бинсвангер родился в горном местечке в Швейцарии, где и прожил всю свою жизнь. После окончания Цюрихского университета, он был одним из первых последователей Фрейда, они переписывались. Затем когда появились работы Юнга Фрейд порвал с Бинсвангером, как и со многими другими, кто хоть на йоту отходил от его священного учения. Бинсвангер работал директором и врачом горного санатория. Он первым начал применять идеи Э. в психиатрии. Он назвал свой подход «Феноменологический анализ человеческой экзистенции». Целью его анализа была реконструкция внутреннего мира человека. Он высказывался против разделения субъекта и объекта. Человека нельзя рассматривать как вещь, как объект, человек свободное существо. И свобода не лежит в плоскости вещей. Как говорил Эдгар По: «Свобода не то, что человек имеет, а то, чем человек является ».

    Основное понятие, на котором строился подход Хайдеггера, а затем и Бинсвангера – бытие в мире, это и есть человеческая экзистенция.

    Человек не имеет своей экзистенции вне мира.

    Бытие в мире можно рассматривать на трех уровнях:

    Биологическая плоскость — мир природы.

    Плоскость человеческих отношений – социальный уровень.

    Плоскость самости человека – духовный уровень.

    Человеческая экзистенция понимается как бытие в мире, изменение мира, выход за рамки мира. Под выходом за рамки мира подразумевается не уход на небеса. Возможность выхода за рамки мира заложена в способности превзойти, трансцендентировать мир в котором человек пребывает временно, перестать быть обусловленным реалиями мира, перестать быть рабом мира и его условий. Это возможность превзойти физические и психологические ограничения и стать творцом в этом мире. Мы знаем, что умрем и пытаемся обойти эту тему, но смерть есть ключ, который открывает субъективное бытие как целостность, благодаря смерти мы можем объять свою жизнь и понять, что мы ответственны за свои выборы и не выборы…

    Человек, живя в мире, старается реализовать максимально свои возможности и это становится доступным для него, если он живет подлинной, аутентичной жизнью. Человек перестает жить подлинно, если он ограничивает свои возможности и позволяет доминировать над собой другим или окружению. В этом контексте я хочу привести короткую и предельно содержательную цитату из Библии: «Я человек и мне все позволено, но не все полезно. Я человек и мне все позволено, но не все назидает. Я человек и мне все позволено, но ничто не должно властвовать мной». Одна из основных идей Э. состоит в том, что человек свободен выбрать любую форму жизни, и за любой выбор или его отсутствие человеку придется платить.

    Когда мы говорим о том, чем человек является и чем может стать, обязательно заходит речь об еще одной экзистенциальной данности – ограничениях. Существует большой ряд ограничений – Культурные и географические рамки семьи и страны, где человек родился, необходимость судьбы, пол, место и время рождения.… Наши возможности, как и время жизни не безграничны, какие то ограничения мы способны преодолеть, и в этом наша свобода, а какие то ограничения преодолеть не в наших силах, но внутри этих ограничений мы своими решениями создаем подлинность или аутентичность своего существования.

    Видео удалено.
    Видео (кликните для воспроизведения).

    Можно отметить три принципа создания подлинности существования:

    Источники


    1. Невис, Э. Организационное консультирование. Методики и рабочие модели для консультантов организаций / Э. Невис. — М.: СПб: Пирожкова, 2013. — 224 c.

    2. Хигир, Борис Имя и счастье в браке. Путеводитель по именам / Борис Хигир. — М.: Яуза, Константа, 2011. — 224 c.

    3. Лаврик, О.В. Настоящей женщине / О.В. Лаврик. — М.: Аргумент Принт, 2013. — 502 c.
    Экзистенциальный взгляд на ответственность
    Оценка 5 проголосовавших: 1

    ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

    Please enter your comment!
    Please enter your name here