Глубинные схемы и убеждения резюме на основе концепции джеффри янга

Сегодня обсуждаем тему: глубинные схемы и убеждения резюме на основе концепции джеффри янга с комментариями от профессионалов. В статье собраны самые важные с нашей точки зрения нюансы, которые заслуживают особого внимания.

Обучение основам схема-терапии! Программа повышения квалификации в Институте практической психологии Высшей Школы Экономики. Идет набор на октябрь 2018 года. Подробности о программе можно узнать здесь .

Что такое схема-терапия?

Схема-терапия — это психотерапия характера, тех его особенностей, которые причиняют людям боль, разрушают их отношения с другими и мешают им жить осмысленной, приносящей удовлетворение жизнью.

Схема-терапия – подход, совмещающий в рамках одной теоретической модели когнитивно-поведенческий, психодинамический, гештальт-подход и теорию привязанности.

Изначально он был создан для помощи хронически депрессивным людям, которым не помогала традиционная когнитивная психотерапия. Однако в последнее десятилетие схема-терапия завоевала прочную репутацию одного из наиболее эффективных методов психотерапии характера. К счастью, сегодня схема-терапия активно развивается и в России.

Почему «схема»?

Понятие «схема» активно используется в рамках когнитивной психологии – разделе психологии, изучающем как устроены наше восприятие и мышление. Схемы – это убеждения и чувствования о себе, других и мире, в которые люди верят автоматически, «интуитивно», не задавая вопросов.

Мы воспринимаем мир сквозь призму наших схем и в этом нет ничего патологического. Это обычный, свойственный любому человеку способ организации своего опыта. Без схем мы тратили бы слишком много времени на понимание того, что происходит вокруг и что с этим делать.

Проблемы возникают тогда, когда схемы:

  • возникли на основе болезненного опыта , поэтому приводят к переживанию или ожиданию боли и негативных эмоций;
  • ригидны, то есть не меняются под влиянием реального опыта, каким бы позитивным он не был;
  • провоцируют мгновенное, мало осознанное и, как правило, неадаптивное поведение.

В результате, действие таких схем не помогает, а мешает нам жить. Снова и снова мы наступаем на одни и те же грабли, даже если изо всех сил пытаемся их избежать.

  • Случалось ли с вами, что вроде бы незначительное событие сильно и надолго портило вам настроение?
  • Замечали ли вы, что в некоторых похожих ситуациях ведете себя совсем не так, как хотели бы, и как стоило бы себя вести? И это повторяется раз за разом, и вы ничего не можете с этим поделать?
  • Может быть, вы хотите близких и доверительных отношений и много делаете для этого, а все время получается что-то совсем-совсем другое?
  • Вы много работаете и кое-чего достигли, вас уважают, но сами вы не чувствуете свою ценность и кажетесь себе обманщиком?
  • Возможно, вы заметили, что склонны ждать от мира и других людей плохого? И даже если оно не происходит, вы все равно продолжаете этого ждать?

Это только примеры. Но если на какой-то из этих вопросов вы ответили «да», теперь вы на собственном примере знаете, как нам мешают жить такие схемы. Они вызывают сильные негативные чувства, склоняют к мрачным мыслям о себе, других и мире, под их влиянием у нас не получается заботиться о своих потребностях и достигать желаемого.

[1]

Такие схемы Янг назвал Ранними Дезадаптивными Схемами. Он предположил, что они возникают в раннем детстве, когда базовые потребности ребенка не удовлетворяются, либо удовлетворятся несоответствующим образом. Найденное в детстве средство справляться с болью в таких ситуациях, взрослый продолжает использовать автоматически, часто даже не замечая этого. Или, заметив, зачастую мало что может изменить.

Янг выделил 18 Ранних Дезадаптивных Схем, разделив их на группы, в зависимости от базовой неудовлетворенной потребности. Здесь мы только перечислим их, а подробно обсудим в следующей статье.

Потребность в надежной привязанности (включая безопасность, понимание, принятие, руководство).
Если эта потребность постоянно не удовлетворяется в детстве, могут возникнуть следующие схемы: 1) Брошенность, 2) Недоверие/Жестокое обращение, 3) Эмоциональная депривация, 4) Дефективность, 5) Социальная изоляция.

Потребность в автономии, компетентности и чувстве идентичности.
Неудовлетворению этих потребностей соответствуют схемы: 6) Несостоятельности, 7) Уязвимости к ущербу, 8) Неразвитого Я, 9) Обреченности на неудачу.

Потребность свободно выражать свои чувства, переживания и нужды.
Ей соответствуют схемы: 10) Подчинения, 11) Самопожертвования, 12) Поиска одобрения.

Потребность в спонтанности и игре.
Возникают схемы 13) Негативизма, 14) Подавления эмоций, 15) Наказания, 16) Жестких стандартов.

Потребность в реалистичных границах и обучении самоконтролю.
Схемы: 17)грандиозности, 18)недостаточности самоконтроля.

Почему в детстве не удовлетворяются базовые потребности?

Как правило, это сочетание несколько факторов. Во-первых, это семейные привычки и ценности, личные особенности родителей. Во-вторых, это врожденные особенности ребенка, например, свойства его темперамента. И, наконец, это просто жизненные обстоятельства.

Вернемся к Егору. Если бы его родители умели бы говорить о своих чувствах, или если бы в школе оказалась бы пара ребят из России, или если бы он родился со слабо выраженной потребностью в общении, вполне возможно, у него не было бы сегодня схемы социальной изоляции.

Ранние дезадаптивные схемы есть у всех. Никто из нас не вырос в идеальной обстановке, где все наши потребности удовлетворялись именно так, как нужно: не больше и не меньше. Но схемы могут быть выражены в очень разной степени. Чем сильнее схемы, тем чаще они «срабатывают, тем бОльшую боль приносят. Чем больше у человека сильно выраженных схем, тем больше базовых потребностей ему сложно удовлетворить.

Цель схема-терапии – снизить влияние ранних дезадаптивных схем на жизнь человека и помочь ему понять и научиться удовлетворять свои базовые потребности. Схема-терапия помогает людям изменить то, как они думают, как они чувствуют и как они действуют.

Для этого она использует множество стратегий, разработанных в разных психотерапевтических школах.

Одни стратегии работают с мышлением и направлены на изменение того, как люди думают о себе, других, мире и своих потребностях.

Другие стратегии направлены на изменение того, как люди чувствуют , на работу с эмоциональной памятью и воображением. Для этого используются как техники, типичные для гештальт-терапии, так и собственные разработки Дж. Янга.

Поведенческие стратегии помогают изменить то, как люди действуют в обстоятельствах, которые запускают их схемы. Иногда для этого необходимо освоить недостающие навыки, например новые способы общения, иногда — научиться расслабляться, иногда просто раз за разом пробовать вести себя по-другому.

И, наконец, важной частью схема-терапии являются терапевтические отношения. Очень важно, чтобы психотерапевт был теплым, эмпатичным и, в рамках терапевтических отношений, заботился о потребностях клиента. В процессе совместной работы терапевт и клиент создают общее видение проблем и трудностей, обсуждают план работы, делятся наблюдениями.

Егору предстоит найти то общее, что есть между ним и другими людьми. Вспомнить и в безопасной обстановке, с эмпатической поддержкой терапевта, выразить ту боль, которую он испытывал, когда его отвергали дети. Научиться говорить о своих переживаниях, наблюдениях и интересах сначала в кабинете психолога, а потом с другими людьми. Преодолеть тревогу и страх и все-таки найти тех, с кем он сможет говорить на своем языке и чувствовать себя свободно и раскованно.

Читайте так же:  Опираясь на свои чувства

С уважением,
клинический психолог Наталья Дикова.

Идет набор на программу обучения «Основы схема-терапии» в Институте практической психологии Высшей Школы Экономики. Подробности о программе можно узнать здесь.

[3]

Почитать про пограничное расстройства личности. Схема-терапия — один из 4 доказано эффективных видов психотерапии этого личностного расстройства.

Глубинные убеждения — это ваше фундаментальное мне­ние о собственной личности. К примеру, они определяют, считаете вы себя красивым или безобразным, достойным или недостойным, приятным или отталкивающим человеком. Глу­бинные убеждения формируются, главным образом, в детстве и влияют на большинство ваших действий. Исходя из этих убеждений или представлений, вы создаете правила, регу­лирующие ваше поведение. Если представления позитивны, то правила, по которым вы живете, будут реалистичными и гибкими. Или же наоборот: негативные представления дают, в результате, негативные правила — ограничивающие и основанные на страхах.

К примеру, Бад, художник, в детстве верил своим родите­лям, когда те называли его глупым. У него сформировалось отрицательное глубинное убеждение «Я глупый», на основе которого выработались следующие негативные правила:

1. Не подавать заявки на гранты. Кому нужны мои идеи?

2. Не заниматься математикой ни в какой форме. У меня не хватает для этого мозгов.

3. Не спорить. Люди поймут, что я глупый.

4. Много не говорить. Люди увидят, как мало я знаю.

Глубинные убеждения и правила настолько фундамен­тальны для личности, что немногие осознают их. Но при этом каждый аспект вашей жизни продиктован этими представ­лениями и правилами. Они оказывают огромное влияние на ваши автоматические мысли: любая автоматическая мысль Бада напоминает ему о его глупости. Глубинные убеждения

заставляют его ожидать негативных суждении и неприятия со стороны окружающих: «Парень, лучше бы ты молчал. Такая глупая ремарка. Они сомневаются, умеешь ли ты читать. Идиот. Заткнись, не выставляй себя на посмешище».

В целом, глубинные убеждения — это основа вашей лично­сти: они во многом определяют, что вы можете, а что не можете делать (правила), и как вы интерпретируете происходящие события (автоматические мысли).

Вы в силах изменить негативные глубинные убеждения. В этой главе на основе работ Аарона Бека и Артура Фримена (1990), Дональда Мейхенбаума (1988), Джеффри Янга (1990) и Мэтью Маккея и Патрика Фаннинга (1991) вы узнаете, как выявлять, тестировать и видоизменять эти убеждения.

Дата добавления: 2015-02-28 ; просмотров: 253 ; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ

Глубинные схемы и убеждения: резюме на основе концепции Джеффри Янга

«Методика создания идей» Джеймса Уэбба Янга

Самый популярный и получивший, вероятно, наибольшее признание метод разработки рекламных идей был предложен Джеймом Уэббом Янгом, креативным директором рекламного агентства Л. Walter Thompson. Свою концепцию генерации идей Янг разработал в 1940 г. С тех

Первый. Сбор сырого материала – как информации о проблеме, требующей решения, так и информации из постоянно пополняемого запаса знаний.

Второй. Переработка этого материала в сознании.

Третий. Инкубационная стадия, когда синтез осуществляется за предела-

Четвертый. Рождение идеи – стадия «Эврика! Есть ! ».

Пятый. Окончание формирования и разработка идеи вплоть до практической реализации’.

Формула Янга слишком упрощена. Возможно, небольшое объяснение поможет вам лучше понять этот процесс.

Сбор сырого материала

Материалы, которые необходимо собрать, Янг подразделяет на конкретные и общие. Конкретные данные и информация относятся непосредственно к товару или услуге, который предстоит рекламировать. Общие материалы – вся информация о жизни и событиях, которую человек собирает всю свою жизнь, проявляя интерес к тому, что его окружает. Все идеи – всего лишь новые комбинации старых элементов, а следовательно, vev больше элементов может быть использовано при создании, тем выше вероятность появления действительно свежей и эффективной комбинации.

Переработка материала в сознании

Янг сравнивает идеативный процесс с пережевыванием пищи, то есть с измельчением материалов для усвоения. Для начала мы перебираем в уме все имеющиеся материалы. Янг пишет: «(Вы) берете отдельные кусочки собранной вами информации, чтобы «распробовать» их «вкусовыми сосочками» своего сознания. «. » Иногда понять смысл фактов легче без пристального, досконального их изучения». Иначе говоря, ищите в комбинации смысл, а не абсолютные факты.

Схема-терапия

Схема-терапия — подход, применяемый в психотерапии личностных расстройств, прежде всего пограничного и нарциссического.

Основоположником схема-терапии является Джеффри Янг, который в 1990 году обосновал необходимость доработки когнитивно-поведенческой терапии применительно к личностным расстройствам и создал подход, сочетающий когнитивно-поведенческий, гештальт-подход, теорию привязанности, теорию объектных отношений и психоанализ.

Необходимость возникновения схема-терапии в недрах когнитивно-поведенческой психотерапии была связана с тем, что последний специализируется на краткосрочной терапии (около 20 сессий) и достиг больших успехов в лечении тревожности, пищевых расстройств, нарушений настроения и других расстройств, фокусируясь на симптомах, развитии недостающих навыков и решении текущих проблем пациента, тогда как расстройства, работа с которыми занимает значительно больше времени, остались неохваченными этим подходом.

Так, например, эффективность в лечении депрессии с помощью когнитивно-поведенческой психотерапии составляет 60% сразу по окончании лечения, однако через год этот процент уменьшается до 30%. Пациенты с личностными расстройствами часто не получают результатов от применения стандартных когнитивно-поведенческих стратегий.

Некоторые пациенты обращаются за изменением хронических проблем в отношениях со значимыми другими или на работе и не предъявляют симптомов, с которыми можно было бы работать методами когнитивно-поведенческой психотерапии.

Схема-терапия отличается от когнитивно-поведенческой терапии большим вниманием к детству и подростковому возрасту, как источникам возникновения психологических проблем, к эмоциям, к отношениям между клиентом и терапевтом и к неадаптивным копинг-стратегиям.

Схема-терапия помогает увидеть симптомы как поведение, основанное на ранней неадаптивной схеме. Схема — это структура, паттерн, который накладывается на реальность, чтобы сделать ее более понятной, облегчать восприятие и руководить реакциями. Поведение людей с личностными расстройствами руководится ранними дезадаптивными схемами.

Первой целью схема-терапии является осознавание, то есть идентификация пациентом своих схем и детского травматического опыта, эмоций и телесных ощущений, а также копинг-стратегий, связанных с этим опытом. Целью терапии является повышение сознательного контроля над схемами, ослабление действия воспоминаний, эмоций и телесных ощущений, а также поведения, связанного с ними.

Одна из задач терапевта в схема-терапии — помочь пациенту облечь в слова чувственный опыт, активирующий схему. Когда схема активируется, пациент бывает затоплен эмоциями и телесными ощущениями. Еще одна задача терапевта — помочь пациенту соединить эмоции и телесные ощущения с ранними детскими воспоминаниями.

Фазы схемной терапии:

1) Фаза оценки и обучения.

1. Идентификация дисфункциональных жизненных паттернов.

2. Идентификация и запуск ранних дезадаптивных схем.

3. Понимание истоков формирования схем в детстве и подростковом возрасте.

4. Идентификация копинг-стилей и копинг-стратегий.

5. Оценка темперамента.

6. Сведение всего вместе: формулировка концепции клиентского случая.

2) Фаза изменений.

Когнитивные методики
Эксперименатальные методики.

Книги по схемной терапии:

1) «Schema therapy: A pracritioner’s guide» Jeffry E. Young, Janet S. Klosko, Marjorie E. Weishaar скачать

2) «Schema therapy with couples: A practitioner’s guide to healing relationships» Chiara Simeone-DiFrancesco, Eckhard Roediger, Bruce A. Stevens скачать

3) «The Wiley-Blackwell handbook of schema therapy: Theory, research and practice» скачать

4) «Mindfullness and schema therapy: A practical guide» Michiel van Vreeswijk, Jenny Broersen, Ger Schurink скачать

Читайте так же:  Характерология или познай себя

5) «Emotional schema therapy» Robert L. Leahy скачать

6) «Reinventing your life: The Breakthough Program to End Negative Behavior… and Feel Great Again» Jeffrey E. Young, Janet S. Klosko скачать

7) «Group schema therapy for borderline personality disorder: A step-by-step treatment manual with patient workbook» Joan M. Farrell, Ida A. Shaw скачать

8) «Schema therapy for borderline personality disorder» Arnoud Arntz, Hannie van Genderen скачать

История. Джеффри Янг, работавший с Эйроном Бекком (Aaron Beck) в Филадельфии, интересовался лицами, не отвечающими на и отказывающимися от когнитивной терапии

Джеффри Янг, работавший с Эйроном Бекком (Aaron Beck) в Филадельфии, интересовался лицами, не отвечающими на и отказывающимися от когнитивной терапии. Изучения «неуспеха» такого лечения привело к осознанию, что у таких лиц были гораздо более негибкие когнитивные структуры; более хронические, часто пожизненные психологические проблемы; а также, более укоренившиеся, дисфункциональные системы убеждений. Было обнаружено, что эти «схемы» обычно произрастали из трудного и наполненного насилием детства — детства, в котором базовые потребности ребёнка не были удовлетворены, так что ребёнок усваивал дизадаптивные стили совладания или выживания. Вне домашней обстановки и в своей взрослой жизни, эти стили совладания и мироощущения доставляли ещё больше проблем для таких пациентов и окружающих их людей.

Лечение пациентов с расстройствами личности выявляло много проблем для когнитивно-бихевиористических терапевтов. Янг обнаружил, что было необходимо продлить время лечения, тратя больше времени на исследование детских переживаний пациента и уделяя больше внимания природе и степени терапевтических отношений. Попытки категоризировать и кодифицировать дизадаптивные детские сценарии привело к сближению идей Янга с идеями некоторых психодинамически-ориентированных исследователей, в частности специалистов в сфере объектных отношений и теории привязанности. Наконец, в качестве способа значительного усиления степени терапевтического вмешательства, Янг внедрил серию техник из гештальтной и эмоционально-фокусированной терапии, в частности работу с воображением и технику диалога с пустым креслом [5] и, в меньшей степени, упражнения на осознанность.

Результатом стала действительно интегративная психотерапия. Ранние дизадаптивные схемы стало возможным постигать и определять через использование опросников вроде Схемного Опросника Янга (Young Schema Questionnaire) и Родительский Стиль по Янгу (Young Parenting Inventory), через работу с воображением, через наблюдение за поведением пациента в терапевтической ситуации и через свидетельства пациентов об их переживаниях и трудностях. В конечном счёте, была выработана модель из 18 схем, а также инструкции для лечения этих схем и стилей совладания, охватывающие весь спектр когнитивных, бихевиористских и эмоционально-сфокусированных техник.

Дата добавления: 2014-12-26 ; просмотров: 453 ; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ

Центр психологического лечения алкоголизма «Сенс»

Материалы для помощи страдающим алкоголизмом

Алкоголизм и семья

Методические материалы центра

Глубинные убеждения. Промежуточные убеждения.Избегание и компенсация. Автоматические мысли. Убеждения и зависимость.

1. Глубинные убеждения

С детства у людей формируются устоявшиеся убеждения (взгляды, представления) о самих себе, окружающих и мире. В раннем детстве (до 2-3 лет) под влиянием родителей создаются самые главные основные взгляды и отношения – глубинные убеждения. Они настолько глубоки и фундаментальны, что даже не осознаются. Эти глубинные убеждения лежат в самой основе всего мировоззрения человека.

В здоровой семье у ребенка формируются здоровые глубинные убеждения (помогающие жить) «Я Ок, Другие Ок, Мир Ок»: Я хороший, Я молодец, Я способный, Я привлекательный, Я любимый, Другие хорошие, Другие добрые, Мир безопасен, Мир хорош и т.д.

В нездоровой семье у ребенка формируются негативные глубинные убеждения «Я не Ок, Другие не Ок, Мир не Ок»: Я плохой, Я бессилен (беспомощен, слаб), Я ни на что не способен (неудачник, никчемный, ничтожный), Я нуждаюсь в помощи и поддержке, Со мной что-то не так (в не такой, как другие), Я не любим, Я непривлекателен, Я нежеланный, Мне суждено быть покинутым, Мне суждено страдать от одиночества; Другие злые, Другие отвергающие, Другие опасные, Другие сильные (беспощадные, любящие унижать), Другие жадные; Мир опасен, Мир зол, Мир плохой и т.д.

Зависимые в детстве приобретают негативны глубинные убеждения, на основе которых потом и формируется зависимость.

2. Промежуточные убеждения

При дальнейшем взрослении на основе глубинных убеждений формируются промежуточные убеждения. В отличие от глубинных, которые были сверхобобщенные (относились ко всему в целом), промежуточные убеждения относятся к отдельным областям жизни (близкие отношения, работа, отдых, отношения с людьми).

Промежуточные убеждения звучат в виде правил (должен/не должен, могу/не могу делать), и отношений (хорошо/плохо).

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

На основе здоровых глубинных убеждений формируются здоровые промежуточные убеждения, они звучат в виде правил основанных на возможностях и разрешениях (глубинное убеждение: «Я способный», промежуточное убеждение «Я могу хорошо делать работу, но имею право на ошибку»).

На основе негативных глубинных убеждений формируются негативные промежуточные убеждения, основанные на долженствованиях и запретах. Эти промежуточные убеждения помогают или компенсировать глубинное убеждение, или избежать его.

Например: Глубинное убеждение «Я неспособный». Промежуточные убеждения: Отношение «Это ужасно что-то делать плохо». Правила компенсации «Я должен все делать идеально, я ни в коем случае не должен ошибаться» (Логика: Я если я буду делать идеально, то я не буду неспособным, а если ошибусь хоть немножко, то окажусь таким, а это ужасно!). Правила избегания «Я должен делать все плохо, я ни в коем случае не должен браться за сложные дела» (Логика: Я неспособный, поэтому я должен ошибаться, если я возьмусь за что-то сложное, то ничего не получиться, а это только подтвердит мою неспособность, это ужасно!).

Промежуточные убеждения компенсации

Глубинное убеждение

Промежуточные убеждения избегания

Глубинные схемы и убеждения: резюме на основе концепции Джеффри Янга

Изучение началось в 1920-30-х годах, когда стали популярными кино и радио. Гарольд Лассуэлл обнару­жил, что во время WWI пропаганда оказывала сильное воздейст­вие на членов аудитории.

Дополнительными доказательст­ва значительного воздействия СМИ:

· но­вости о финансовом крахе на Уолл-Стрит в 1929 году

· трансляция радиопостановки Г. Уэллса «Война миров» в 1938 году;

· приход ко власти Адольфа Гитлера в Герма­нии.

Во время Второй мировой войны Карл Ховленд изучал воздействие обучающих фильмов на американских солдат. При просмотре обучающих фильмов солдаты усваивали новую информацию, но эффект убеждения, затрагивающий установки и поведение солдат, был весьма ограниченным. Как выяснилось, эффект убеждения зависит от многих факторов, способных его ослаблять.

После войны Ховлэнд продолжив исследования в Йельском университете. И обнаружил, что успешный процесс убеждения включает три последова­тельных этапа:

1) слушатели должны обратить внимание на соответствующее медиа-сообщение;

2) они должны понять его содержание;

3) они должны согласиться с со­держанием сообщения.

Так же влияют дополнительные факторы:

[3]

· достоверность источника информации,

· отождествление себя потребителями массовой информации с определенными группами,

· индивидуальные личностные характеристики членов.

В 1940-х и 1950-х годах изучение эффекта убеждения проходило с использовани­ем более строгих эмпирических методов. X. Хайман и П. Шитсли выявили, что для успешного изменения установок индивида убеж­дающая информация должна преодолеть некоторые психологические барьеры.

Д. Кац и П. Лазарсфельд описали процесс медиаубеждения с помощью модели двух­ступенчатого потока информации, или непрямого воздействия, при котором осуще­ствлялось воздействие СМИ на лидеров общественного мнения, а они, в свою оче­редь, оказывали влияние на других членов общины посредством межличностной коммуникации.

Читайте так же:  Как предотвратить суицид

Современные исследования показывают, что убеждение — отнюдь не примитивная бихевиористическая ситуация типа «стимул-реакция», но гораздо более сложный процесс, основанный на восприимчивости получателя. Большинст­во современных исследователей придают большое значение решающей роли устано­вок для успешности убеждения. Установки индивида можно определить как «общую предрасположенность человека к положительной или отрицательной оценке других людей, объектов и вопросов». Установка — посредствующий фактор между усвоени­ем убеждающей информации и поведенческими изменениями.

Модель У. Мак-Гуайра объясняет процесс убеждения, определяя входные (контролируемые отправителем информации) и выходные (контролируемые получа­телем информации) переменные. Модель подверглась критике за недостаточную де­тализацию процесса принятия новых установок и положение о последовательности входных и выходных переменных.

Согласно теории когнитивного ответа, согласие с убеждающим сообщением зависит от ответа на него членов медиааудитории. Память индивида о своем отношении к содержанию сообщения имеет гораздо большее значение, чем запоминание информации как таковой. Теория когнитивного ответа не может объяснить тех случаев, когда эффект убеждения имеет место, несмотря на то, что члены аудитории не думают о содержании сообщения.

Р. Петти и Дж. Качиоппо расширили теорию когнитивного ответа и разработали модель вероятности сознательной обработки информации (ВСО), призванную объяснить процессы, происходящие при согласии индивида с убеждающими аргумен­тами. Модель определяет вероятность того, что индивид будет тщательно обдумы­вать содержание убеждающего сообщения.

Согласно модели ВСО, существует два различных пути, которые ведут к успешному убеждению: центральный и периферический.

Центральный путь требует больших когнитивных усилий. Изменения установок, обусловленные центральным путем, имеют такие общие характеристики: 1) доступность; 2) постоянство; 3) предсказуемость поведения; 4) сопротивляемость изменениям.

Йельская школа «экспериментальной риторики», или «убеждающей коммуникации», зародилась в 1940-е годы. Теоретические построения экспериментальной риторики основываются на принципах необихевиоризма. Убеждающие сообщения здесь рассматриваются как стимул, а происходящее под его воздействием изменение социальной установки — как приобретенная реакция.

Карл Ховланд, психолог, основатель Йельской школы убеждающей коммуникации. Его идеи сейчас используются и интерпретируются во всех практиках «90-секундной презентации», «презентационного айкидо» и «презентационной камасутры»…

Итак, Карл Ховланд установил, что любое убеждение происходит в три этапа: «внимание» – «понимание» – «принятие». Подробности будут. Сейчас коротко о моделях убеждения вообще.

Модели процесса убеждения.

Итак, как мы знаем, коммуникативное сообщение влияет не прямо, а опосредованно через особенности людей. Эксперименты свидетельствуют, что люди, имеющие определенные предубеждения, в ответ на «анти-предубежденческую» пропаганду иногда даже усиливают свои предубеждения. В одном эксперименте испытуемым, имеющим расовые предрассудки, предъявлялась серия карикатур, высмеивающих эти предрассудки. Но большинство испытуемых неправильно растолковали их содержание и искажали смысл до такой степени, чтобы он соответствовал их собственной позиции. Например, после просмотра карикатуры, на которой была изображена женщина, отказывающаяся от переливания крови, т.к. она не «голубая», испытуемая заметила: «Отличная идея! Надо будет предупредить об этом моего врача на тот случай, если мне понадобятся переливания».

Все случаи убеждения имеют два общих момента. Во-первых, убеждение всегда является попыткой социального воздействия и выражает намерение личности или группы модифицировать или произвести некоторое изменение другой личности или группы. Во-вторых, основной способ осуществления этого намерения — коммуникация. Главным отличием убеждения от других форм социального воздействия является акцент на сообщении, содержащем аргументы.

Ранние исследования убеждения, например, исследования Ховланда в Йельском университете, были преимущественно сосредоточены на сдвиге установок, как основной зависимой переменной этого процесса. Что делали исследователи позднее (для общего развития): изучали внимание к сообщению, понимание сообщения, его принятие или отвержение, сохранение в памяти, последующее изменение поведения, стали различать среди целей убеждающего воздействия установки, убеждения, намерения и поведение.

Традиционные модели, рассматривающие смену установок (Ховланд), предполагали, что, зная установку человека, можно предсказать, как он будет себя вести по отношению к объекту установки в той или иной ситуации. Причем, главным компонентом установки с точки зрения эффективности убеждения является аффективный — симпатия или антипатия к объекту установки.

Известные модели убеждения (не будем их описывать подробно, главное для нас – это Йельская школа, товарищи!):

  1. Модель убеждения МакГайра
  2. Модель убеждения Фишбейна-Айзена
  3. Инструментальная теория убеждения Ховланда, Джаниса и Келли.

Третья модель – модель авторов Йельской школы. Остановимся на ней подробнее.

В 1953 году Ховланд, Джанис и Келли опубликовали книгу «Коммуникация и убеждение», в которой выдвинули программу исследования установок, основывающуюся на инструментальной модели научения. Они определили убеждающую коммуникацию как «процесс, с помощью которого индивид (коммуникатор) распространяет стимулы (обычно вербальные) с целью изменения поведения других индивидов (аудитории)». Одним из основных способов, с помощью которых убеждающая коммуникация вызывает сдвиг установок, авторы Йельской школы, как и Фишбейн, считают изменение соответствующих мнений. Мнения они определяют как вербальные реакции, которые индивид дает в ответ на стимульную ситуацию, содержащую определенные «вопросы». Установки, с их точки зрения, это «такие имплицитные реакции, которые ориентрованы на принятие-отвержение данного объекта, личности или символа». Т.о., мнения или убеждения отражают информацию об объекте, имеющуюся у субъекта.

Согласно Ховланду, установки могут быть изменены путем изменения мнений (информации), касающихся объекта. Мнения, как и другие свойства личности, имеют тенденцию сохраняться, пока человек не подвергнется новому обучающему опыту.

Единственный способ, с помощью которого можно приобрести новое мнение состоит в том, чтобы подвергнуться воздействию убеждающей коммуникации, аргументировано обосновывающей необходимость принятия нового мнения.

Важный для нас абзац:

Авторы определяют убеждающую коммуникацию как стимул, в котором содержатся вопросы и предлагаются ответы. Например (наконец-то), сообщение, призванное убедить слушателя в недопустимости показа проявлений насилия на телевидении, имплицитно содержит вопрос «Приводит ли демонстрация жестокости на телевидении к агрессии зрителей?» и предполагает положительный ответ. Повествовательная ткань сюжета нацелена не на поиск какого-то неведомого ответа, а на поддержку этого заданного. И как бы ни был замаскирован этот ответ, подлинное убеждающее сообщение всегда его содержит. Человек, которому адресуется это сообщение, сравнивает собственный ответ на вопрос с предлагаемым коммуникатором. Результат сравнения этих двух ответов и решает успех взаимодействия. Главное — подтолкнуть человека к размышлениям как о собственном мнении, так и о предлагаемом, остальное — дело «техники» и мастерства коммуникатора. Обычно, новое мнение, представляемое коммуникатором, отшлифовано и отрепетировано. Чтобы респондент усвоил его, необходимо сначала привлечь его внимание, затем разъяснить мнение, заставить его понять и, таким образом, подготовить к принятию.

Психологическое сопротивление убеждению определяется:

  • групповыми нормами реципиента,
  • его тревожностью,
  • самооценкой,
  • уровнем агрессивности,
  • его контраргументами убеждающему мнению (поэтому в телевизионном сообщении, полемика с которым бесполезна, эффективность убеждающего воздействия потенциально выше)

Принятие нового мнения, согласно Ховланду, Джанису и Келли, зависит от:

  • побуждений, или поддержки, содержащейся в сообщении
  • правдоподобием информации
  • авторитетности источника, рассматриваемых субъектом на основе его личного опыта и системы ценностей.

Пояснение: В прошлом реципиент мог иметь неприятный опыт (наказание) от того, что находился под влиянием кого-то, кто получал выгоду от манипуляции. Поэтому человек скорее примет сообщение от источника, заслуживающего доверия (не имеющего никакой выгоды от влияния), чем от «ненадежного» источника. Немалую роль играет и общественность. Новое мнение, сопровождаемое поддержкой общественности, будет принято с большей вероятностью.

Читайте так же:  Проекции в отношениях кто мы друг для друга

Это были только некоторые примеры побуждений, применяемые в коммуникации для склонения получателя к принятию нового мнения. Ховланд, Джанис и Келли не пытаются перечислить их все, но главная их идея состоит в том, что человек должен быть каким-то образом награжден за принятие нового мнения.

Интерес авторов Йельской школы к этим и другим стимульным характеристикам коммуникативной ситуации привел их к экспериментальной практике систематического изменения характеристик источника, сообщения и получателя и к наблюдению получаемых сдвигов установок. В результате была получена модель убеждающей коммуникации:

allbeam

Еще одна важная тема и концепция, о которой стоит рассказать – глубинные убеждения ( core beliefs).

Глубинные убеждения – восприятие самого себя, т.е. то, как мы сами себя видим. Когда этот образ интеллектуально обрабатывается нами, то формируется концепция о себе самом (схема-карта себя), которая носит название «Я-концепция».

Благодаря этим двум психологическим образованиям мы знаем о том, кто мы такие и как мы взаимодействуем с миром. И на основании этой информации нами принимаются решения, как жить и что делать в той или иной ситуации.

Формируются глубинные убеждения на основании опыта и принятия решения, что этот опыт означает. Например, ребенок просит отца поиграть с ним, а тот отмахивается, потому что играет в компьютерную игру. Ребенок просит более активно и громко, за что получает подзатыльник и выволакивается из комнаты. Малыш может сделать вывод, что его потребности и желания неважны, что если он будет о чем-то просить, он плохой, его накажут. А поэтому нельзя говорить о том, что хочешь. Плохие дети не имеют права чего-то хотеть.

Маленькие дети очень редко обвиняют родителей в недостойном поведении. Они эгоцентричны и считают, что они центр и причина всего, в том числе негативных переживаний родителей. Это не случайное явление. Природа устроила так, чтобы дети приспосабливались и держались взрослых, потому что без взрослого рядом ребенок в прежние времена погибал. И уж лучше подогнать свою личность под родителя, даже в ущерб себе, чем быть родителем отвергнутым и брошеным.

Глубинные убеждения – это еще и информация о том, как наше истинное «Я» http://gutta-honey.livejournal.com/373086.html вписывается в мир, и как его можно упаковать или деформировать, чтобы не вытолкали из социума.

Это очень важные знания, на основании которых будут строиться правила жизни конкретного человека. Создаются схемы, как избежать наказания, неприятностей и остаться живым и невредимым. Естественно, что знания эти тщательно охраняются. Силы, защищающие эти правила – защиты психики.

Все эти явления не имеют собственного голоса, нам их довольно сложно пронаблюдать у самих себя. Даже правила жизни, это не список, а просто общее представление о закономерностях проявления мира. Но, в конце концов, мы их переводим в слова, которые появляются в нашей голове, как мысли, голоса и образы.

centr_nevrozov

Психотерапия

Схемная (Схематическая) Терапия

Пограничное Расстройство Личности (ПРЛ) традиционно считалось одним из наиболее трудно поддающихся лечению посредством психотерапии психиатрических расстройств. Схемная (схематическая) терапия (Джеффри Янг [Jeffrey Young] и Клошко [Kloshko], 1993; Янг и другие, 2003), развивающаяся в качестве методики лечения на протяжении последних 20 лет, представлена в этой статье в качестве обнадёживающего подхода к лечению лиц, страдающих от этого расстройства.

Схемная Терапия: Истоки

Эти пациенты, во многих случаях, подпадали под определения расстройств личности. Диагностическое и Статистическое Руководство по Душевным Расстройствам, в четвёртом издании (Американская Психиатрическая Ассоциация, 1994) описывает расстройство личности как «непрекращающийся паттерн из внутренних ощущений и поведения, значительно отклоняющийся от ожиданий внутри данной культуры, являющийся всеохватным и негибким, ведущий своё происхождение в юношеском или раннем взрослом возрасте, стабильный во времени и ведущий к психологическому страданию или инвалидности». Одним из ключевых аспектов этого определения является акцен на негибкости такого расстройства.

Лечение пациентов с расстройствами личности выявляло много проблем для когнитивно-бихевиористических терапевтов. Янг обнаружил, что было необходимо продлить время лечения, тратя больше времени на исследование детских переживаний пациента и уделяя больше внимания природе и степени терапевтических отношений. Попытки категоризировать и кодифицировать дизадаптивные детские сценарии привело к сближению идей Янга с идеями некоторых психодинамически-ориентированных исследователей, в частности специалистов в сфере объектных отношений и теории привязанности (Эйнсворт и Баулби [Ainsworth & Bowlby], 1991; Гринберг и Митчелл [Greenberd & Mitchell], 1983). Наконец, в качестве способа значительного усиления степени терапевтического вмешательства, Янг внедрил серию техник из гештальтной и эмоционально-фокусированной терапии (Гринберг, 1979; Гринберг, Райс [Rice] и Эллиотт [Elliott], 1993; Гринберг, Сафран [Safran] и Райс, 1989; Пёрлз [Perls], 1969, 1973, 1975), в частности работу с воображением и технику диалога с пустым креслом (Келлогг [Kellogg], 2004) и, в меньшей степени, упражнения на осознанность (Стивенс [Stevens], 1971).

Результатом стала действительно интегративная психотерапия. Ранние дизадаптивные схемы стало возможным постигать и определять через использование опросников вроде Схемного Опросника Янга [Young Schema Questionnaire] (Янг и Браун [Brown], 2001) и Родительский Стиль по Янгу [Young Parenting Inventory] (Янг, 1994), через работу с воображением, через наблюдение за поведением пациента в терапевтической ситуации и через свидетельства пациентов об их переживаниях и трудностях. В конечном счёте, была выработана модель из 18 схем, а также инструкции для лечения этих схем и стилей совладания, охватывающие весь спектр когнитивных, бихевиористских и эмоционально-сфокусированных техник (Янг и другие, 2003).

ПРЛ и Выработка Режимов

Пограничное расстройство личности (и, в меньшей степени, нарциссическое расстройство личности) бросало уникальные вызовы изначальной схематической модели терапии. Хотя большинство пациентов, страдающих расстройствами личности, было поймано в ловушку негибкого стиля, доступного для схематической работы, пациенты с ПРЛ нередко находились в состоянии flux. Именно резкость в смене эмоций, часто от обожания до ненависти, представлялась столь трудной для терапевтов, друзей и членов семьи.

Лишь усугубляя ситуацию, многие из этих пациентов часто пребывали в верхнем диапазоне почти каждого пункта схематических inventories, таким образом изводя и себя, и терапевта. Решением Янга стало осознание того, что эти пациенты «переключались» между наборами схем и стилей совладания, и что было куда более полезным рассматривать личность пациента как состоящую из разных режимов, или различных аспектов самости. Эти различные режимы очерчены ниже.

Истоки ПРЛ

Считается, что ПРЛ имеет три фактора происхождения: (1) генетика и темперамент, (2) детские впечатления в семье и внешнем мире и (3) взаимодействие между темпераментом ребёнка и стилем воспитания и реакцими опекунов. Предполагаемые факторы генетики и темперамента фокусируются на склонности к «эмоционально интенсивному, лабильному темпераменту».

Следующие ситуации семейной обстановки могут влиять на развитие расстройства:

1. Семейная обстановка небезопасна и нестабильна;
2. Лишающая семейная обстановка;
3. Семейная обстановка жёстко наказывающая и отторгающая;
4. Подчиняющая семейная обстановка.

Эти четыре критерия можно встретить в ситуации семьи, характеризующейся отторжением и насилием, и значительное число пациентов с ПРЛ сообщает об опыте сексуальной, физической и/или эмоционльной агрессии.

Агрессия хотя и распространена, но не всегда является решающим фактором. В таких случаях, значительным фактором может оказаться «несоответствие» между темпераментом ребёнка и родительским стилем воспитания. Эмоциональная интенсивность этих детей может не сочетаться с подходом их родителей, являющихся чрезвычайно негибкими или авторитарными, либо неспособными иметь дело с аффектом. Проистекающие отсюда реакции гнева, фрустрации или оторванности могут ещё более усилить трудности у таких детей.

Читайте так же:  Фундамент взаимопонимания 15 советов для родителей взрослеющих детей

Пограничные Режимы

Янг видит ПРЛ как волнение, возникающее в континууме из множественных личностей или диссоциативное расстройство идентичности. В своей основе, внутренний мир пограничного пациента характеризуется пятью режимами, или аспектами, самости, взаимодействующими между собой разрушительным образом. В таком взаимодействии, пациент живёт в чём-то вроде внутреннего театра, в котором силы жестокости, ярости, подчинения и самоугрызения сменяют друг друга на сцене. Очевидно, что понимание взаимодействия этих режимов также помогает объяснить и явно «иррациональное» поведение этих пациентов.

По существу, есть три группы режимов: ребёнок, родитель и режимы совладания. Хотя концепция режимов сегодня видится в качестве основы схемнотерапевтической работы с тяжёлыми расстройствами личности — такими как пограничное, нарциссическое и антисоциальное расстройство — не все из этих режимов обладают равным весом в каждом типе расстройства.

В пограничном созвездии есть пять центральных режимов: (1) брошенный и побитый ребёнок, (2) гневный и импульсивный ребёнок, (3) отстранённый защитник, (4) наказывающий родитель и (5) здоровый взрослый. Развитие здорового взрослого является одной из целей этой терапии; обычно, он олицетворяется в терапевте и, по ходу терапевтического процесса, усваивается пациентом.

Режим Брошенного / Побитого Ребёнка

Брошенный/побитый ребёнок варьирует тему исуганного уединения. В этом режиме пациенты выглядят хрупкими и подобными детям. Они выглядят печальными, frantic, напуганными, нелюбимыми, брошенными. Они ощущают беспомощность и крайнее одиночество и одержимы поиском родительской персоны, которая бы о них позаботилась.


Это является ключевым состоянием существования пограничного пациента, что выявляет один из ключевых философских моментов в этом способе лечения — то, что на глубоком эмоциональном уровне терапевт должен воспринимать этих пациентов как функционирующих в качестве маленьких детей.

Режим Разгневанного и Импульсивного Ребёнка

Этот режим отражает ту часть ребёнка, которая знает что её потребности не удовлетворены — которая знает, что она страдает несправедливо. Режим Разгневанного Ребёнка выражает ярость по поводу плохого обращения и невстреченных эмоциональных потребностей, что изначально сформировало её схемы: агрессия, оставление, лишение, подчинение, отторжение и наказание. Разгневанный и импульсивный ребёнок является ещё одним парадоксом в случае пограничных пациентов. В каком-то смысле, пациенты имеют право на ярость. Этот режим может включаться в ситуациях с реальными или воображаемыми моментами лишения, плохого обращения или оставления. Вырвавшаяся ярость часто причиняет глубокое беспокойство для семьи, друзей и терапевта; в ней часто видят один из наиболее трудных аспектов лечения пациентов с ПРЛ. Трагический аспект заключается в том, что эта ярость делает ещё более трудным удовлетворение нужд этих пациентов.

Следующая дилемма заключается в детской ситуации многих из этих пациентов, где выражение эмоций, особенно гнева и влечений, было запрещено. После этих вспышек гнева, может включиться наказывающий родитель, чтобы наказывать брошенного/побитого ребёнка. Эти разновидности выражения гнева могут затем смениться нанесением себе порезов или другими формами самонаказания, поскольку пациенты вновь разыгрывают динамику своей семейной ситуации.

В контексте терапии, пациент находится под воздействием режима отстранённого защитника, режима совладания, в котором пациент «умалкивает» и становится сравнительно покорным и нереагирующим. Тем не менее, уровень фрустрации пациента растёт и, если его или её чувства не находят выражения, и их потребности по мере надобности не удовлетворены, прорывается разгневанный и импульсивный ребёнок.

Режим Отстранённого Защитника

Несмотря на репутацию, которую имеют пациенты с ПРЛ за драматические выражения того поведения когда они «вне себя» с высокой степенью эмоциональной интенсивности, большей частью, они обычно функционируют в так называемом режиме отстранённого защитника, в котором пациент принимает «стиль эмоционального отстранения, отсоединения, изоляции и поведенческого избегания».

В режиме отстранённого защитника пациенты могут ощущать себя загрубевшими или опустошёнными. Они могут принимать циничную или aloof позицию, чтобы избежать эмоциональной вовлечённости по отшению к людям или деятельности. Поведенческие примеры включают в себя социальную изоляцию, избыточную самодостаточность, пристрастное self-soothing, фантазирование, компульсивную отвлечённость и поиск стимуляции.

Всё ещё более усложняется тем, что хотя режим отстранённого защитника помог выживанию пациента, он нарушает психотерапевтический прогресс и держит брошенного и наказанного ребёнка в изоляции от связи с терапевтом.

Режим Наказывающего Родителя

Наказывающий родитель является отождествлением пациента с родителем (или другими лицами), обесценивавшим и отторгавшим ребёнка в детстве. Зачастую, пациент не только вырос в присутствии с агрессивным родителем, но усвоение этого объекта означает продолжение внутренней агрессии. Наказывающий родитель является крайне жёсткой частью самости, которая наказывает пациента за то что тот «плохой», и эта «плохость» является всепроникающим аспектом, способным пронизать почти каждый аспект существования пациента. Пациенты с ПРЛ, находясь под контролем этого режима, часто описывают себя как «ужасные» или «грязные» и могут вовлекаться в близкое к суицидальному поведение вроде нанесения себе порезов или самосжигания.

Терапевт работает над тем, чтобы помочь пациенту распознать эту часть себя в качестве режима и дать этому аспекту личности описательное имя (вроде «твой Наказывающий Отец»). Именование этого режима помогает пациенту выработать некоторую дистанцию от этого аспекта себя. Пациенты с ПРЛ со временем выучиваются ставить под сомнения жёсткие сообщения и давать сдачи этой жестокости. В этом режиме не видится никакой приспособленческой ценности, поскольку он произрастает из насилия, а не affirmation ребёнка.

Режим Здорового Взрослого

Режим здорового взрослого это то, чего, по большей части, пациенту с ПРЛ не хватает. Этот режим служит «исполнительной» функции по отношению к остальным режимам. Здоровый взрослый помогает ответить основным эмоциональным потребностям ребёнка.

Янг и другие заявляют, что как и хороший родитель, режим здорового взрослого служит трём следующим базовым функциям:

1. Опекает, поддерживает и защищает уязвимого ребёнка.

2. Устанавливает пределы для разгневанного ребёнка и импульсивного/недисциплинированного ребёнка, в соответствии с понятиями ответственности и самодисциплины.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

3. Отражает или смягчает дизадаптивные режимы совладания и дисфункциональные родительские режимы.

Слабость этого режима в пациентах с ПРЛ делает важный вклад во взрывной характер их жизни. Одной из функций терапевта является взятие на себя роли здорового взрослого (в пределах терапевтических взаимоотношений). Схемная терапия для лиц с ПРЛ нацелена на продолжение в течение по крайней мере двух лет, поскольку главной целью для пациента является усвоение терапевта в качестве здорового взрослого. Таким образом, пациенты могут со временем делать самостоятельно то, что терапевт делает за них в ходе сессий.

Источники


  1. Джил, Зарин Секреты еврейской матери / Зарин Джил. — М.: Карьера Пресс, 2013. — 174 c.

  2. Этничность и религия в современных конфликтах. — М.: Наука, 2012. — 656 c.

  3. Иванников, В. А. Общая психология. Учебник / В.А. Иванников. — М.: Юрайт, 2014. — 482 c.
Глубинные схемы и убеждения резюме на основе концепции джеффри янга
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here