Когда терапия не нужна и скрытые мотивы клиентов

Сегодня обсуждаем тему: когда терапия не нужна и скрытые мотивы клиентов с комментариями от профессионалов. В статье собраны самые важные с нашей точки зрения нюансы, которые заслуживают особого внимания.

Немотивированный клиент: от проблемы к задаче (2)

В своём городе некоторое время я веду обучающие группы «Введение в консультирование», участниками которых являются молодые коллеги. Ряд рассматриваемых тем определяются по их желанию. Тема «работа с немотивированными клиентами» была выделена коллегами как сложная: вызывающая много чувств, вопросов. Предлагаю вашему вниманию некоторые её аспекты. Быть может, эти размышления привлекут ваше внимание к вашему собственному порядку при работе с клиентами, которых условно можно назвать немотивированными. Возможно, и вы захотите поделиться чем-то своим…

Диагностика мотивации клиента на первой встрече.

На первой встрече, проясняя контекст прихода клиента к специалисту, терапевт продолжает держать в фокусе вопрос о мотивации клиента. Важно в начале общения с клиентом иметь ясное представление, что же «сподвигло» его прийти на консультацию. Понять импульс, мотив прихода помогут вопросы: «Что Вас привело? В связи, с чем Вы пришли?» Ответы могут быть приблизительно в таких направлениях:

  • клиент может ссылаться на другие лица (мне сказали, что здесь помогут; мне посоветовали; меня прислали);
  • клиент в своём ответе на эти вопросы может делать акцент на своём состоянии (усталость, растерянность), чувстве («больше нет сил терпеть», волнение и т.д.);
  • клиент называет какое-то событие, обстоятельство (произошла ссора, открылась тайна и т.д.);
  • клиент ориентирован на будущее («хочу перемен, изменений»);
  • клиент ориентирован на исследование («хочу разобраться в себе»).

Важными и уточняющими могут быть дополнительные вопросы: «Почему именно сейчас пришли? Проблема возникла … лет назад, но пришли сейчас, сегодня. Почему?»

Мотивацию клиента проявляет характер ожиданий клиента от встреч со специалистом, от самого терапевта: насколько ожидания осознанны, реалистичны.

Помогает обращение к опыту терапии, который прежде уже был у клиента. Так, клиентка на первой встрече сказала, что прошла 10 консультаций у моей коллеги по Центру. Тогда я работала в государственном учреждении «Центр психолого-педагогической помощи семье и детям». На вопрос, почему не обратилась к тому психологу вновь, ответила: «Вроде, когда на консультации была, всё нравилось, ходила с надеждой, а ничего и не произошло». На мой взгляд, эта клиентка хотела перемен в жизни, но ожидала, что они придут каким-то отдельным от неё способом. Можно походить, пообщаться со специалистом, а потом отсутствие перемен объяснить недостаточной его компетентностью. Затем, через какое-то время, прийти к следующему, «наверное, тоже некомпетентному: ведь трудности непреодолимы, и я всё делаю, чтобы справиться с ними», — пожалуй, подобными словами можно было озвучить мотивацию той клиентки. Для меня это означало, что уже на «первых шагах» с ней требуется особая тщательность: при прояснении её ожиданий, желаний, при работе над формированием терапевтических целей. «Не спешить с помощью», которая может и не нужна вовсе, а в данном контексте только навредит: поможет «заблудшему» клиенту заблуждаться и заблудиться ещё больше.

Если в результате наших усилий на этом первом этапе клиент всего лишь осознает истинную ситуацию со своим желанием, то это большое дело – для него, для терапевта, для его возможной терапии в будущем. Важно не поддержать порой неосознаваемую игру клиента, помочь ему перестать заблуждаться относительно его желаний. При этом сохранять уважительное отношение к тому, кто к нам пришёл. Помогает осознание общечеловеческой амбивалентности: все мы, порой, находимся в обстоятельствах, когда очень рядом и желание перемен, и желание стабильности, поддерживаемое страхом этих самых перемен.

Итак, ряд вопросов помогают лучше понять мотивацию клиента. На первой встрече это вопросы об ожиданиях клиента, о контексте его прихода к терапевту. Среди таких вопросов могут быть и эти:

  • В связи, с чем Вы пришли к психологу?
  • Что Вас привело?
  • Почему именно сейчас?
  • Какой опыт терапии был? С кем? По каким вопросам? Каковы результаты?
  • Как попали именно ко мне?

Чувства терапевта, провоцирующие порой непродуктивное поведение, рядом с немотивированным клиентом.

Терапевт, ориентированный на помощь, может оказаться неготовым к встрече с клиентом, который пришёл в кабинет, но не проявляет однозначного желания прояснять свою ситуацию, меняться. Рядом с немотивированным клиентом терапевт, недооценивший реальную ситуацию, может переживать чувства:

  • отверженности;
  • злости;
  • раздражения;
  • обиды;
  • растерянности;
  • и другие.

Следствием этих чувств терапевта может быть его непродуктивное поведение:

  • терапевт в замешательстве, теряется;
  • «засучив рукава», проявляет большую активность, чем следовало бы, спонтанно берёт на себя большую ответственность;
  • заискивает перед клиентом, угодничает, пытаясь скрыть своё неприятие от поведения клиента;
  • защищаясь, обвиняет клиента; требует от него «благоразумного» поведения;
  • и другое.

Увы, такое бывает. Конечно, необходим опыт супервизий, чтобы изменить описанные здесь ситуации. Терапевту важно заметить свои чувства, идентифицировать их, остановить непродуктивное реагирование. Воспринимать эти трудные чувства как помощников, сообщающих нам что-то о клиенте, что-то о нас самих. Воспользоваться их сообщениями. По возможности, использовать потенциал осознанных чувств в терапии.

Как быть адекватным тому, кто придёт?

Быть адекватным тому, кто придёт, это значит — видеть клиента реальным, а не «правильным» и удобным для работы. Восприимчивость, внимательность, наблюдательность в диалоге помогают нам «не бежать вперёд паровоза» непонятно куда, а присутствовать с тем, кто к нам пришёл, продвигаться в направлении, нужном клиенту, в темпе им выбранном, ему органичном и естественном.

Клиент такой, какой есть. Имеет право быть трудным и немотивированным. Уважительная неторопливость поможет нам не растратить свои силы впустую, не принести своей активностью вред клиенту. Излишняя активность терапевта из «желания причинить добро» может развезти терапевта и клиента в разные стороны: разность в терапевтических целях – одна из нередких причин, по которым клиенты прерывают терапевтический процесс.

Осознавать свою собственную мотивацию на работу, конечно всегда важно, но, наверное, особенно, важно, когда клиент немотивирован или недостаточно мотивирован. На мой взгляд, и у терапевта есть право, которое является и обязанностью, честно признаться в своей собственной позиции. Быть может, кому-то покажется странным, но мне порой с немотивированными клиентами помогают мои ответы на следующие вопросы:

— хочу помогать? в чём?

— могу помогать? в чём?

В каком-то случае, на первый вопрос я могу ответить «не хочу»? Например, такой отклик был во мне, когда мама девушки попросила приехать к ним домой ради встречи с её дочерью, которая не выходила из дома, страдая паническими атаками. А когда всё-таки ей приходилось куда-то съездить, то они вызывали такси, а девушке обязательно надо было выпить бутылку пива. «Поэтому, или Вы к нам, или она к Вам, но с пивом», — говорит мама. Всё-таки, когда я переживаю «не хочу», тогда у меня есть осознание, что этому клиенту именно я и «не смогу» помочь. В таких ситуациях часто не происходит и нашей встречи.

Читайте так же:  Любовь к себе

Вспоминается, что возникло «хочу помочь», когда передо мной сидела женщина, полгода назад потерявшая своего старшего сына. «Не знаю, — говорила она, — зачем меня к Вам записали, ведь Вы мне ничем не поможете. Чем же тут можно помочь?» Она согласилась прийти на пять встреч только ради того, чтобы её второй сын «не ругался». Я могла и хотела быть с ней в её горе столько, сколько она решила, пусть даже и потому, чтобы «сын не ругался».

При встрече с немотивированными клиентами наши шаги при работе обычные, но делаем мы их под призмой основного вопроса, насколько клиент мотивирован: мы проясняем ожидания клиента, контекст его прихода к нам; создаём общее пространство, работаем с помехами «здесь-и-теперь»; неторопливо, по существенным элементам, вместе с клиентом собираем контракт т.д.

И очень важно, чтобы у нас в этом процессе появилось что-то общее с клиентом. Так, когда я работала в государственном центре, руководство обязало меня провести 10 встреч с условно осуждённым подростком, которому эти 10 встреч предписал Ювенальный суд.

Он был недоволен и проявлял своё недовольство с первой минуты. Я тоже была не в восторге от этой ситуации, чем и воспользовалась, начав так: «Я вижу, что Тебе очень не хочется быть здесь. Тебе неприятно, что из кабинета Ты сможешь выйти только через час. А потом ещё девять раз в это же время Тебе придётся приходить сюда, и других вариантов у Тебя нет. Но посмотри на меня: Ты веришь, что я в той же самой ситуации. Меня также обязали, как и Тебя, у меня тоже нет выбора, быть здесь, или быть в каком-то другом месте в это время. » Его недоброжелательность ко мне сменилась интересом и вниманием. То, что я проговорила, не приходила ему в голову. После этих слов он увидел во мне скорее товарища по несчастью, а не неприятное неудобство. И только после этого я предложила, раз уж так случилось, попробовать вместе это время провести с пользой и не мучить друг друга. В результате наши встречи оказались полезными и ему, и мне тоже. Он проговорил много о своих интересах, о своих отношениях с мамой, сестрой, девушкой. Получил поддержку в совершенно новом для него контакте. Появился шанс, что он обратится к психологу в будущем, но уже сам, т.к. опыт работы в тот раз для него оказался положительным. Я узнала от него многое о жизни, о которой представления не имела, была благодарна за науку.

Итак, быть адекватным тому, кто к нам придёт, значит:

  • видеть реального клиента;
  • принять его таким, каков он есть;
  • осознать свою собственную позицию;
  • определять приоритеты в работе под призмой вопроса, насколько клиент мотивирован;
  • договориться с клиентом о чём-то, найти с ним что-то общее.

Обычно мы ставим вопросы о степени мотивации клиента на терапию именно в начале этого процесса. Позже, когда, например, клиент опаздывает, пропускает встречи, мы подразумеваем проявление феномена, который условно называем сопротивлением. Амбивалентность клиента и к нам, и к терапевтическому процессу, проявляющаяся в его чувствах и поведении можно объяснить через более глубокое понимание его характера, мировоззрения. Понятия «мотивация», «сопротивление», «характер» — это условные слова, ориентиры. Они же и направления, через которые мы можем исполнить свою задачу — встретиться с клиентом.

На мой взгляд, важно сфокусироваться на теме «немотивированный клиент», обратить внимание на мотивацию пришедшего к нам, чтобы уже при первых, начальных контактах избежать невнимания к «малому», что впоследствии может быть помехой, грузом или преградой в терапевтических отношениях. Ясность понимания помогает смирению, в случае ухода клиента, и терпению, в случае, когда он остаётся в терапии. Встречи с немотивированными клиентами проверяют на крепость, основательность нашу веру в терапию, в себя как терапевта; мотивируют нас на профессиональный рост и развитие. За это мы можем быть благодарными нашим трудным немотивированным клиентам.

Начало темы предлагаю посмотреть по ссылкам:

Кто отвечает за результат терапии?

Сегодня во время лекции обсуждали со слушателями вопрос, который время от времени возникает в психотерапевтическом пространстве. Кто виноват, если терапия закончилась неудачей? За что отвечает терапевт, за что – клиент? И как терапевту сохранить самоуважение в случае неудачи?

На мой взгляд, в каждой долгосрочной психотерапевтической истории рано или поздно возникает нечто, похожее на разочарование, и встает такой вопрос: почему в жизни клиента все так медленно меняется, почему проблемы не исчезают, а счастье не приходит, не зашла ли терапия в тупик, и на что вообще можно надеяться?
Ситуация достаточно трудна для обоих участников процесса: терапевту ясны претензии пациента: потрачена куча времени и денег, терпение иссякло, а ожидаемых преобразований не произошло. И он может чувствовать себя поневоле обманщиком. С другой стороны, у терапевта есть понимание того, что на решение многих задач, которые ставит клиент перед терапией, нужно еще немало времени, хотя тому кажется, что пора бы уже…. Кроме того, есть вещи в жизни и в характере клиента, которые, в принципе, не изменить, с которыми нужно примириться и научиться жить.

Ясно, что при таком раскладе кризис во взаимоотношениях терапевта и пациента неизбежен. Как же его разрешить?

Я как терапевт в таких случаях опираюсь на след моменты:

Первое. Для меня хорошим знаком является уже то, что вопрос поднимается и обсуждается. Необходимо время от времени делать сверку — сопоставлять желания и ожидания пациентов с желаниями и ожиданиями терапевта.
Мне кажется, это неверно, когда говорят, что терапевт работает на запрос клиента — во всяком случае, далеко не вседа верно. Я думаю, явно или скрыто, но терапевт всегда имеет собственное представление о том, что его клиенту необходимо для развития. Также у терапевта есть свое понимание того, что позволит считать работу с данным клиентом успешной.
Другое дело, что пациент может ни сном, ни духом не ведать о замыслах терапевта. И тогда они будут представлять собой весьма странный дуэт: каждый на своей волне, каждый дует в свою дуду и выдает свою собственную мелодию. Именно поэтому крайне важно делать остановки и договариваться о том, “что сейчас играем”. Или уже не играем. Тогда – разбегаемся.

Читайте так же:  Пока кричит начальник

Здесь я подхожу к следующей точке опоры, которая позволяет мне, как терапевту, удерживаться от самообесценивания, когда клиент уходит из терапии, выражая свое недовольство результатом. Это профессиональная честность. Понимание того, что ты старался и делал то, что считал правильным: ты адекватно оценил свои возможности, ты имел свое представление о том, как помочь данному клиенту, ты не эксплуатировал его, не манипулировал им, брал супервизии в случаях затруднений – все это позволяет спать спокойно ночами и быстро восстанавливаться в случаях профессиональных неудач.

Третья точка опоры, это мой собственный опыт прохождения терапии. Лично я всегда каким-то образом распознавала, полезна мне эта терапия или нет, подходит мне этот терапевт или нет, есть ли в работе с этим терапевтом что-то ценное для меня или это “пустые хлопоты”? Бывало так, что терапевт – человек “приятный во всех отношениях”, но ты чувствуешь – не твой. Бывает и наоборот….
Сейчас, проходя анализ, я отмечаю, что отнюдь не каждая сессия так наполнена и насыщена, как хотелось бы, но я спокойна, потому что понимаю — это длительный процесс, и, в целом, меня устраивает стратегия. Вероятно, этот опыт позволяет мне спокойнее реагировать на претензии клиентов – у меня есть доверие к их способности заботиться о себе и чувствовать, что им нужно. И если к ним пришло понимание, что я, как специалист, им не подхожу, то какой бы гениальной я ни была, я не буду для них полезной. И их право искать себе что-то более подходящее. И это не делает меня менее гениальной:)

Другие новости по теме:

Разместите, пожалуйста, ссылку на эту страницу на своём веб-сайте:

Код для вставки на сайт или в блог:
Код для вставки в форум (BBCode):
Прямая ссылка на эту публикацию:

[2]

Типология клиентов психолога и психотерапевта

Ранее в своей предыдущей статье, я писала, что впервые услышала фразу «типология клиентов» от преподавателя по психологическому консультированию. Эта типология опирается на определённый тип поведения клиента и его цели, с которыми он идёт к психологу.

Как сейчас помню, три основных типа: визитёры, жалобщики и покупатели, но при моём погружении в эту тему, как оказалось, типов существует более, чем три. Типология клиентов психолога получилась более расширенной.

Ежедневно тысячи людей обращаются к нам — психологам в надежде, что наше вмешательство поможет разрешить их проблемы, улучшить качество их жизни и привнесёт в их жизнь больше радости и удовлетворения. Людей пришедших за помощью к психологу и психотерапевту называют клиентами.

Обычно, когда человек ищет психологической помощи и поддержки, он ищет и выбирает психолога. Более того, человек приходит к специалисту и работает в тандеме с ним над своими проблемами.

Но иногда у клиентов отсутствует мотивация, поскольку люди попадают к специалисту не по своей воле — их приводят или заставляют обратиться к психологу родственники. А ещё на принудительное консультирование к психологу клиентов направляют социальные учреждения (суд, школа, органы опеки и др.), решая таким образом свои проблемы.

И тогда мы делим клиентов на две большие группы:
1. добровольные
2. недобровольные

В этих двух группах можно выделить следующие типы:

Кто такие визитёры?

Не всегда люди, пришедшие к психологу за помощью, хотят ее получить. У визитеров обычно нет конкретного запроса для консультации.

Клиенты — визитёры по своим целям и поведению тоже бывают разные:

а). Клиент прислан кем-то или его заставили пойти к психологу родственники, друзья, желающие, чтобы тот изменился, или суд обязал пройти терапию. Мотивации и импульса на терапию и изменения нет. Часто у таких клиентов можно наблюдать отсутствующий взгляд, короткие фразы, закрытые позы, нежелание открываться.

б). Клиент, пришедший из любопытства, посмотреть, что будет во время терапии и, следовательно, запроса как такового у него тоже нет. Его вдохновляет процесс и его содержание, а также разные направления терапии- эриксоновский гипноз, арт-терапия, расстановки, танатотерапия и т.д. Такие клиенты задают много вопросов, не относящихся к сути заявленного, оживлённо много болтают, перескакивая с темы на тему, часто нарушают границы специалиста.

в). Клиенты, ищущие друга или подружку в лице психолога. Им также не нужна психотерапия и изменения. Скорее всего им нужен принимающий слушатель, поддержка. Вариантов развития сессии несколько: либо вам не дадут и слова сказать, либо начнут выспрашивать личные подробности жизни психолога, нарушая его границы, а могут предложить свою услугу, о которой Вы не просили. Или заплатят за консультацию больше, чем положено, а потом вдруг позвонят ночью и начнут рассказывать о том, что случилось и очень удивятся тому, что психолог их не хочет слушать.

г). Иногда люди приходят к психологу за справкой в суд, школу, органы опеки, на работу. Таким тоже терапия не нужна.

д). К визитёрам можно отнести людей, ищущих на кого бы им вылить свое раздражение. Если опытные психологи не позволяют это делать с собой, то начинающие специалисты могут попасть в эту ловушку, поскольку есть установка набирать опыт.

Что делать с визитёрами?

Как вариант, можно в процессе беседы найти личный запрос, интерес, установить доверие к себе и перевести визитёра в клиента-покупателя. В противном случае с визитёрами остаётся только распрощаться и никаких дружеских посиделок т.е. удерживать свои границы и заботится о себе.

Клиенты, которые хотят излить душу, выговориться, пожаловаться т.е. найти очередные «свободные уши», поскольку до психолога были родственники, друзья, соседи, которые уже не хотят слушать его или потеряли доверие жалобщика.
Жалобщики не требует реальной работы и они не хотят ничего менять. Цель, которую он преследует — это выговориться и заодно найти виновных в их злоключениях и бедах. У жалобщика везде и во всём виноваты другие, а он жертва и неудачник — это красной линией проскальзывает в монологах жалобщика.
Для специалиста, нацеленного на результат, такие клиенты не подходят.

Что делать с жалобщиками?

Скорее всего, жалобщиков можно отправлять к психоаналитикам в силу того, что по задачам они подходят друг другу: одни часами могут говорить за деньги, другие часами готовы слушать за оплату и все довольны друг другом, как мне кажется.

Читайте так же:  Почему мы ссоримся

Второй вариант — любым путем вернуть ему ответственность за происходящее. Не захочет брать ответственность — можно смело попрощаться с ним.

3). Терапевтоманы или «ходоки»

Ходокам, похоже, важен процесс терапии, а не ее результат. Ходоки ходят к психологам и психотерапевтам часто и с удовольствием. А ещё они часто ходят на семинары, тренинги, но работать над собой не хотят, поскольку они пребывают в иллюзии, что они всё время в работе над собой.
Эти бесконечные походы по терапевтам, семинарам, тренингам часто служат прикрытием от решения истинных проблем.
С одной стороны такие клиенты ходят без пропусков, стремятся к чему-то, «растут», а с другой стороны, если терапевт начнёт давать домашнее задание, спрашивать его, расспрашивать о результатах предыдущей сессии или что-то клиенту не понравилось, то он с лёгкостью поменяет этого специалиста на другого.

Что делать с «ходоками»?

Попробовать добраться до истинных и настоящих ценностей таких клиентов, что на самом деле движет ими, часто задавая вопросы «Зачем? Для чего тебе это?»

4) Терапевтоед или «крепкий орешек»

Терапевтоеды обычно приходит со словами » Я обошёл несколько психологов — никто не помог (не понравился). Вся надежда на вас!» То есть клиент уже сменил 5-10 психологов, но все его не устраивают. И в этой череде легко стать следующим по счёту в списке терапевтоеда.
Мотивы такого поведения могут быть самые разные:
-желание показать свою значимость, помериться и доказать свою «крутизну» «Не родился ещё тот специалист, который смог решить мою проблему»;
-на глубинном психологическом уровне – прояснить отношения со значимой базовой фигурой детства в лице терапевта;
-показать близким, что я «работаю» с собой, что-то делаю с проблемой, якобы, хочу ее решить: «Посмотрите, сколько я психологов сменил, сколько денег потратил и никто не помог мне решить мою проблему!».

Что делать с терапевтоедами?

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Задайте им вопросы: Вы ранее посещали специалистов? Сколько их было? Какой результат получили? И почему выбрали меня?

В случае демо-консультаций всегда есть возможность посмотреть сколько было консультаций, какие запросы, как работал клиент и как были завершены консультации.

С терапевтоедами можно и надо начинать работу не с запроса, с которым пришёл такой клиент, а с его визитов к специалистам — с каким запросом ходил, какой был результат прошлой терапии, какие задания выполнял и какова его ответственность за нулевой результат прошлой терапии и другие вопросы, касающиеся его визитов к другим специалистам. Возможно, выяснятся действительно значимые и важные моменты для такого клиента.

Терапевтоеды и терапевтоманы похожи друг на друга тем, что оба любят ходить к психологам и психотерапевтам, но если второй — «симпатяга» и просто любит ходить к психологам. То терапевтоед требует особого внимания к своему случаю, при этом может саботировать задания терапевта и, в конце концов, прийти к специалисту со словами «У меня ничего не изменилось — ваша терапия мне не помогла», обесценивая терапевта и терапию. И вполне возможно, что терапевтоед потребует деньги назад.

Если вы распознали «крепкого орешка» на первой встрече, узнали о его «бесполезных» визитах к другим специалистам, предложите ему самостоятельную работу: домашнее задание на определённую тему или с определённой задачей и принести отчёт о проделанной работе.

Или пусть «посмотрит психологу в глаза и 3 раза произнесет примерно следующее: «Вы, как и все предыдущие психологи, не поможете мне, т.к. я не готов эту помощь принять, она мне не нужна, мне нужно совсем другое!»» и посмотрите на реакцию клиента. Обычно, после этого терапевтоед больше не приходит.

Если клиент сделал все, как надо и как требовалось и пришёл на следующую встречу с выполненным домашним заданием, то перед вами скорее всего покупатель.

Покупатели готовы вложиться в себя т.е. купить психологические услуги и оплатить работу специалиста. Идут к психологу или психотерапевту с чётко сформированным запросом — знают что хотят и понимают что надо изменить. Готовы к изменениям и переменам в своей жизни и за этим идут к специалистам.
У таких клиентов налажен баланс «брать-давать» и эти клиенты готовы брать и давать. С ними складывается хороший рабочий альянс, который ведёт к эффективной терапии и приносит удовлетворение клиенту и удовольствие специалисту.

Клиент, готовый брать ответственность за свою жизнь и всё, что в ней происходит — это лучший эксперт своей жизни и настоящий клиент.

6) Смешанный тип

Часто бывает так, что к специалисту могут прийти клиенты, в котором смешаны вышеназванные типы с преобладанием какого-то типа на данный момент.

[3]

При преобладании в клиенте визитера надо акцентировать внимание на его запросе и помочь ему определиться с тем, что ему нужно.

Если вы видите, что клиент вам начал жаловаться, то можно мягко развернуть его фокус внимания на себя самого и не искать виноватых в его нынешнем состоянии.

С терапевтоманом можно работать над постановкой целей и их достижением.

Если вы видите перед собой клиента-терапевтоеда — можно задать себе вопрос что нового я могу получить, общаясь с ним и какое моё качество «прокачивает» этот клиент.

С клиентом — покупателем смело приступайте к работе!

Вот такая типология клиентов существует у психологов. Может я что-то и кого-то упустила? Не знаю.
Как-то и у кого-то читала, что есть своя типология пациентов у врачей и они даже ставят какие-то знаки на лицевой стороне карты, понятные только врачам и по ним передаётся определённая информация коллегам.

Буду рада, если коллеги расширят этот представленный список или поправят меня или поделятся своим опытом встречи с другими типажами клиентов.

Когда терапия не нужна и скрытые мотивы клиентов

Мотивация пациента — истинное желание сделать комфортным свое психологическое самочувствие, разрешить свою конфликтную ситуацию, понять суть своих проблем и симптомов, желание активного сотрудничества с психотерапевтом для улучшения качества собственной жизни.

Главная проблема любой психотерапии — в поддержании мотивации клиента. Психика очень заботится о поддержании своего равновесия (и правильно делает), а психотерапевтический процесс предполагает нарушение этого равновесия с тем, чтобы восстановить его в новом виде и на новом уровне.

Тут необходимо «несгибаемое намерение», причем принадлежать это несгибаемое намерение, по смыслу дела, может только самому клиенту. [4]

Структуру мотивационного фактора в психотерапии, можно свести к трем основным концепциям:

1. Психоаналитические. В основе данной концепции, представления З. Фрейда о бессознательном, который заставляет пациентов, прибегнуть к психотерапии.

Читайте так же:  Зачем нам думать о времени

В данном случае, движущей силой психотерапии, являются страдания пациентов и возникающее из-за них стремление к выздоровлению.

Мотивация к психотерапии вызывает у пациента активные действия в терапевтическом направлении, хотя конструктивным переменам может противодействовать «вторичный выигрыш от болезни». Согласно этой модели, перемены возможны только тогда, когда мотивация к психотерапии оказывается сильнее, чем условная желательность заболевания.

Концепция Фрейда, как основной предпосылки и детерминанты в структуре мотивации к психотерапии не утратила своего значения до настоящего времени. Более подробно эта проблема рассматривалась Доллардом и Миллером. По данной модели, стремление уклонения от психотерапии обусловливается гордыней, стыдом перед признанием того факта, что человек не может самостоятельно решить свои проблемы, неприятным чувством беспомощности, страхом перед отношением окружающих. Стремление к лечению, то есть к психотерапии, вызвано страданиями, ограничениями вследствие нарушений, желанием перемен, собственной постановкой целей и, не в последнюю очередь, давлением со стороны партнеров по социуму, общению.

Вторая концепция — клиент-центрированная психотерапия Роджерса.

В данном случае, мотивация, к психотерапии, характеризуется стремлением человека реализовать себя, свои способности, выявить все возможности организма и оказать на него стимулирующее действие. Даже если из-за различных обстоятельств стремление к самопознанию, личностному росту не приносит успеха, каждый человек, согласно Роджерсу, обладает этим стремлением к самореализации. Поэтому в процессе психотерапии следует создавать такие условия, которые максимально облегчают самореализацию. Такое понимание мотивации в психотерапии также соответствует модели Фрейда. И у Роджерса стремление к идеалу собственного «Я» является двигателем изменения и лечения. Но, в противоположность Фрейду, этот двигатель предстает в виде силы, которая развивается и исцеляет, тогда, как у Фрейда мотивации в психотерапии понимается как фактор, помогающий пациенту подвергнуться лечению за счет уменьшения «вторичного выигрыша от болезни».

Третья концепция, основана на представлениях из области поведенческой психотерапии. В данном случае, мотивация в психотерапии рассматривается как явление само собой разумеющееся и необходимое, которая сводится к предпосылке успеха психотерапевтического процесса. Никакой завершенной концепции мотивации в психотерапии бихевиорально-ориентированные психотерапевты не предлагали, однако в последнее время они все чаще подчеркивают значение мотивации в психотерапии.

Главным образом, внимание акцентируется на мотивирующей функции беседы с пациентом, основные ориентиры которой — прояснение терапевтических ожиданий больного и побуждение его к активному участию в терапевтическом процессе.

Особое значение мотивации в психотерапии приобрела в связи с усилением внимания к познавательным процессам и посредничеству познавательных механизмов в психотерапии. При использовании методов и приемов поведенческой психотерапии залог успеха — самостоятельная и направленная активность больного. В основе лежит идея, что пациенты, которые активно участвуют в составлении терапевтического плана и понимают основное содержание процесса лечения, способны к особенно благоприятной мотивации перемен.

Таким образом, психотерапевты различных школ рассматривают мотивацию к психотерапии своих пациентов как необходимую предпосылку для лечения, а при ее моделировании между разными школами отсутствуют существенные различия.

Общая стратегия поведения психотерапевта в случае недостаточной мотивации выглядит по Волбергу следующим образом: осознание и отражение негативных чувств пациента по поводу терапии психотерапевта; указание на то, что эти чувства понимаются и принимаются; выражение нейтрального отношения к тому, насколько необходима пациенту психотерапия, до тех пор, пока не станет известно больше информации о проблемах пациента; когда необходимые психотерапевту факты будут известны, он может выразить мнение, что пациенту может понадобиться курс терапии и что он может получить пользу от этого.

Попытка установить побудительный мотив для психотерапии: сочувствие переживаниям пациента, если пациент продолжает отрицательно относиться к терапии или отказывается рассказывать о себе, а также попытка справиться с тем, что находится за пределами его чувств; работа над неправильным представлением пациента о психотерапии, причем на вопросы следует давать максимально прямые ответы; удерживаться от «продажи» пациенту терапии, уважая мнение, которое примет пациент по отношению к терапии; принятие пациента, даже если он согласился на терапию из-за внешнего давления или по другим причинам.

Для пациентов мотивация к психотерапии выполняет прежде всего функцию поддержки: перед началом лечения ее усиливает стремление получить информацию о том, где можно лечиться; в начале лечения она помогает пациенту освоиться со своим положением и избавиться от несбыточных ожиданий; в процессе лечения она помогает пациенту переносить напряжение, трудности и перемены, обусловленные психотерапией, и не отступать при неудачах.

Для психотерапевтов мотивация пациентов к терапии выполняет, прежде всего, прогнозирующую функцию: прогноз успеха излечения тем благоприятнее, чем сильнее оказывается мотивация к психотерапии по отношению к стремлению избежать лечения (вызванному в первую очередь «вторичным выигрышем от болезни»); это имеет значение, однако, только в случае, когда у пациента отсутствует очень сильная мотивация к психотерапии.

Проводя психотерапию, врач по мере сил укрепляет мотивацию пациента, создавая предпосылки для конструктивных перемен.

Формирование мотивации у пациента

Условно можно выделить несколько стадий формирования мотивации и изменений поведения для установления новых привычек (каждая стадия может быть разной продолжительности).

Пациент не знает, почему именно ему надо изменить привычки и/или почему врач советует регулярно принимать медикаменты при хорошем самочувствии (например, больной не ощущает повышения артериального давления (АД).

В этой ситуации при консультировании необходимо сконцентрироваться на информировании, разъяснении проблемы, без глубокой детализации конкретных советов (как и что делать).

Пациент осознал, что его повседневные привычки наносят вред его здоровью, а нерегулярное лечение не принесет необходимой пользы.

На этом этапе пациент может испытывать колебания в принятии решения, поэтому ему важны не только беседа, но и одобрение, поддержка, а также предоставление конкретной помощи. Например, при желании и намерении бросить курить необходимо, чтобы были организованы требуемые для этого консультативные приемы специалистов. Совет, подкрепленный конкретной помощью, будет успешнее.

Пациент решил изменить образ жизни, привычки, научиться более здоровому поведению, регулярно принимать лекарства и прочее.

Профилактическое консультирование на этом этапе должно стать в основном психологической поддержкой, очень важно подойти индивидуально в каждом конкретном случае.

Пациенту не удалось придерживаться длительное время новых более здоровых привычек и/или соблюдать регулярность лечения.

Возможность срыва нужно постоянно иметь в виду и ограждать пациента от него. Этот этап требует навыков общения и знания психологии, а также наличия опыта, умения избирать индивидуальный подход и находить подходящие аргументы. [7]

Выводы по первой главе

Мотивамция (от lat. «movere») — побуждение к действию; динамический процесс физиологического и психологического плана, управляющий поведением человека, определяющий его направленность, организованность, активность и устойчивость; способность человека через труд удовлетворять свои потребности.

Мотивация имеет под собой интеллектуальную подоснову, эмоции лишь косвенно влияют на процесс (применительно только к человеку).

Мотивация пациента — его истинное желание разрешить свою конфликтную ситуацию, улучшить психологическое самочувствие, понять суть своих проблем и симптомов, желание активного сотрудничества с психотерапевтом для улучшения качества собственной жизни.

[1]

Направленность как характеристика деятельности человека указывает на то, к чему он стремится, осуществляя определенные действия. Человек может выполнять свою работу, потому что она приносит ему определенное удовлетворение (моральное или материальное), а может делать ее потому, что он стремиться помочь своей организации добиться ее целей. Для психотерапевта, очень важно знать направленность действий человека, однако не менее важно также уметь, если надо, с помощью мотивирования ориентировать эти действия в направлении определенных целей

Читайте так же:  Лишний вес и сенсорный голод

Психотерапевты различных школ рассматривают мотивацию к психотерапии своих пациентов как необходимую предпосылку для лечения, а при ее моделировании между разными школами отсутствуют существенные различия.

Когда терапия не нужна и скрытые мотивы клиентов

Но что удивительно — хоть тема эта и ежегодная, каждый раз находится что-то новое, о чем хочется рассказать и для наших постоянных подписчиков. Такое уж многогранное это занятие — работа психолога.

Хороших вам психологов на жизненном пути!
Важно, чтобы Вам было доверительно, спокойно и надежно
Надеемся, кому-то стало чуточку понятнее, что происходит в кабинете психолога;
когда психолог ведет себя профессионально,
а когда выходит из профессиональной позиции.

Мы предложили множество критериев эффективности специалиста.
Но в конечном итоге «хороший психолог» — это тот, кто нравится лично вам.
Выбирайте критерии, которые подходят именно вам, и доверяйте своему выбору.

Выбор — за Вами.
Вы можете принимать хорошие решения!
Сделайте это:)

Каких результатов ожидать от психотерапии?

При обращении к психологу у клиентов не всегда есть понимание, каких результатов можно ожидать от успешной психотерапии.

А ведь это важный вопрос, ведь в психотерапию вкладывается много финансовых и эмоциональных ресурсов. Стоит ли оно того?

Давайте посмотрим, что может дать курс психотерапии.

Итак, каких результатов может ожидать клиент от психотерапии?

Результативность психотерапии зависит от множества факторов. Обычно результаты тесно связаны с запросом и трудностями, с которыми клиент обращается к психологу.

  • Если клиент сталкивается с трудностями построения отношений, то в результате психотерапии запрос разрешается, и клиент выстраивает удовлетворительные отношения.
  • Если клиент обращается с проблемой тревожности, то в результате психотерапии можно ожидать снижения уровня тревожности и увеличения уровня уверенности в себе.

Но результаты психотерапии обычно выходят далеко за рамки конкретного запроса. Психотерапия представляет пространство, где клиент свободно (насколько это возможно) рассказывает о себе, о своей жизни и обо всем, что приходит ему в голову. Он обращается к тому, что в данный конкретный момент представляется для него наиболее важным, будь то внезапные воспоминания из прошлого, сновидения, фантазии, мысли и переживания.

Таким образом, клиент получает возможность установить контакт с «потерянной частью себя», с травматическим опытом, который был вытеснен, и со своими ресурсами.
В результате клиент не только замечает новую сторону себя, но и интегрирует ее. Это приводит к следующим изменениям.

Построение адекватных психологических границ. Психотерапия дает возможность «отрегулировать» психологические границы. С одной стороны это выражается в способности не нарушать психологические границы других; с другой – это обретение способности отстаивать целостность своего психологического пространства.

Эмоциональная стабильность. В процессе психотерапии клиенты встречаются со своими эмоциями и чувствами. При этом развивается их способность выдерживать эмоциональные нагрузки. С одной стороны развивается устойчивость к сильным переживаниям; а с другой – исчезают «болезненные» места, которые раньше запускали сильную эмоциональную реакцию.

Ощущение собственной ценности и уверенность в себе. Психотерапия создает условия, где клиент принимается безусловно. В какой-то мере это воспроизводит опыт общения ребенка с родителями в детстве, когда формируется ощущение ценности себя. Так клиент в пространстве психотерапии может осознать и «восполнить» дефицит родительской любви и восстановить ощущение собственной ценности.

Познание себя. Обращаясь глубоко внутрь себя, клиент может ответить на такие вопросы, как «Кто я?», «Зачем я делаю то, что делаю?», «Каковы мои истинные желания?».

Снижение напряжения (тревожности, агрессивности, депрессивности). Обращаясь к психологу, клиенты могут переживать сильное напряжение. Это напряжение является симптомом неудовлетворенных желаний и потребностей (например, потребность в собственной значимости, безопасности). В процессе психотерапии эти желания и потребности осознаются, а клиенты научаются выражать их. Симптомы уходят.

Возможность выстраивать глубокие и подлинные отношения. Когда люди выстраивают отношения друг с другом, они вносят свой индивидуальный опыт других отношений (детский опыт, подростковый опыт, опыт предыдущих отношений). Этот опыт и степень его влияния может осознаваться или не осознаваться; также этот опыт может разрушительно влиять на качество отношений.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Психотерапия дает возможность отделить прошлое от настоящего. В процессе развития мы сталкиваемся с различными ситуациями. С одними мы можем справиться, другие оказываются слишком болезненными для нас. Порой мы ничего не можем сделать лучшего, чем просто научиться не видеть эти ситуации и связанные с ними эмоции. Наши эмоции становятся изолированным островком боли, с которым мы утрачиваем контакт. Но эта боль не исчезает, она превращается в беспричинные вспышки злости, панические атаки, ночные кошмары или невозможность выстроить удовлетворяющие отношения. Терапия дает возможность увидеть эти подавленные чувства и преодолеть их. Таким образом, прошлое остается прошлым, а настоящее – настоящим.

Источники


  1. О чем молчат предки. Осознанное замужество и материнство. Как сохранить семью, или Когда лучше развестись. Разбитая семья (комплект из 3 книг + DVD-ROM). — М.: ИГ «Весь», Хорошо, 2014. — 672 c.

  2. Пэйдж, Сьюзен Супружеская жизнь: путь к гармонии / Сьюзен Пэйдж. — М.: Мирт, 2015. — 416 c.

  3. Еникеев, М.И. Основы общей и юридической психологии / М.И. Еникеев. — М.: ЮРИСТЪ, 2016. — 631 c.
  4. Шнейдер, Л. Б. Основы семейной психологии / Л.Б. Шнейдер. — М.: МПСИ, МОДЭК, 2015. — 928 c.
  5. Джон Грей Марс и Венера на свидании / Джон Грей. — М.: Новости, 2002. — 352 c.
Когда терапия не нужна и скрытые мотивы клиентов
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here