Шизофреногенная мать

Сегодня обсуждаем тему: шизофреногенная мать с комментариями от профессионалов. В статье собраны самые важные с нашей точки зрения нюансы, которые заслуживают особого внимания.

Пространство исцеления жизни. Личный сайт Елены Барымовой

Этот сайт о Квантовом процессинге LHS, Терапии QHS ,, исцелении воспоминанием и ренкарнационике. Услуги. Консультации

Шизофреногенная мать

Шизофреногенная мать

Часто это добрая и очень заботливая мать. Она много знает, много понимает, у нее все под контролем. Высокая тревожность заставляет ее все продумывать до мелочей. Как бы чего не произошло, ведь мир так опасен.

Своего ребенка она воспринимает как собственность, с которой можно делать все, что угодно. Потребности и желания ребенка игнорируются, не слышатся.

Для такой матери характерна низкая или полное отсутствие критичности к своему поведению и к реальности вообще. Ребенок должен кушать тогда, когда этого хочет мама. Он должен спать, когда мама решила, что пора. С кем ребенку дружить/не дружить мама знает тоже. Ребенок должен чувствовать то, что нравится маме. Одной из моих клиенток 13 лет мать говорит так:

— Улыбайся! Что ты такая грустная? Улыбайся, я сказала! – звучит почти как приказ.

Когда девочка пытается улыбаться (из страха, чтобы не вызвать еще большую ярость матери), мать заявляет:

— Что ты скалишься наигранно! Это оскал, а не улыбка!

Ребенок в такой ситуации чувствует замешательство, от которого недалеко до помешательства… Такой матери трудно угодить, как ни старайся.

Эта мать точно знает, каким должен быть ребенок и каким не должен. И будет очень мягко, но очень настойчиво добиваться этого соответствия. Любое отклонение ребенка от маминых представлений влечет ярость. Ребенок это чувствует, пугается и пытается соответствовать… Ценою разрушения собственной личности.

Лаской или угрозой ребенка приучают с самого детства рассказывать абсолютно все дорогой мамочке. Ребенок остается под таким же тотальным контролем, как тогда, когда он был в утробе. Мать знает о нем все! Только так она спокойна. А ребенок?

А кого это волнует? Вот так мать «любит» своего ребенка. Уж она-то знает — как она любит своего ребенка! Ведь ребенок – весь смысл ее существования. Она так прямо ребенку с рождения и говорит: «Ты единственная радость в моей жизни!»

А что чувствует ребенок?

Если этот вопрос задать матери, она даже не будет об этом спрашивать своего ребенка. Она за него знает, что он счастлив. Потому что считает, что с такой мамой он просто обязан быть счастливым!

Так что же ребенок чувствует на самом деле?

Давайте спросим у ребенка.

Настя 20 лет, живет 2 года отдельно от родителей. В терапии 2 месяца. Вот некоторые из ее фраз:

«Я чувствую стыд за свое существование на Земле»

«Я потеряла смысл, меня нет. Я рассыпана на крошки как хлеб, как пыль по всему миру»

« Я постоянно ощущаю присутствие матери, ее всевидящий глаз, будто она сидит у меня на плече и критикует»

« Я не могу расслабиться, чтобы заснуть. Мне постоянно нужно куда-то бежать, что-то делать.»

«Меня нет! Я золотая игрушка своей матери!»

Ребенок у такой матери чувствует себя поглощенным ею. В ее полной власти!

Ребенок шиофреногенной матери может быть очень болезненным. От вирусных заболеваний до тяжелых — типа эпилепсии и шизофрении. При этом тяжелые болезни имеют атипическое течение, что только подтверждает психологическую природу их происхождения.

Болеет ребенок для того, чтобы почувствовать границы своего тела, отдельные от матери. Хотя бы через боль…

У таких детей, а затем взрослых вопрос существования и не-существования ставится ребром. Я есть? Или меня нет? От мыслей о собственной бесполезности, о вопросах бытия и смысла человеческого существования до реальных суицидальных действий.

Такие дети ищут и находят экстремальные занятия, типа паркура, парашютного спорта и тому подобного лишь для того, чтобы почувствовать собственное, отдельное от матери, существование.

Татуировки, жесткий пирсинг тоже сюда. Из желания определить свои отдельные границы.

В любви шизофреногенной матери нет места доверию и чуткости к потребностям другого. А если честно, там нет любви вообще. Есть беспощадная власть с требованиями тотального подчинения представлениям матери об идеальном ребенке, прикрытая лже-заботой и лже-нежностью
Ирина Рыженко

[2]

Психотерапия и деспотичная/шизофреногенная мать

Хочется услышать истории со счастливым финалом. Помогла ли психотерапия принять такую мать и наладить свою жизнь или все же сами справлялись. И если помогла, то что именно(гештальт, расстановки и т.д.)?

Эксперты Woman.ru

Узнай мнение эксперта по твоей теме

Зубкова Анна Андреевна

Психолог, Гештальт-терапевт. Специалист с сайта b17.ru

Юлия Семина

Психолог. Специалист с сайта b17.ru

Спиридонова Надежда Викторовна

Психолог. Специалист с сайта b17.ru

Андреева Анна Михайловна

Психолог, Клинический психолог онкопсихолог. Специалист с сайта b17.ru

Виктория Педай

Психолог. Специалист с сайта b17.ru

Густодымова Вера Сергеевна

Психолог, Онлайн-консультант. Специалист с сайта b17.ru

Слободяник Марина Валериевна

Психолог. Специалист с сайта b17.ru

Коротина Светлана Юрьевна

Врач-психотерапевт. Специалист с сайта b17.ru

Шмидт Ольга Григорьевна

Психолог. Специалист с сайта b17.ru

Лазарева Надежда

Психолог, Психолог-консультант Антрополог. Специалист с сайта b17.ru

Доказано,что она болеет?Моя мама,например,не понимает,что больна. Все кругом это видят,но сделать ничего не могут. Мы ее к врачу уговариваем пойти,она ни в какую. Она деспотичная,злая,очень странные вещи говорит. Раньше это был другой человек. Врачи помогут,конечно,но она согласна лечиться?

[3]

Шизофрения не лечится, вы же знаете?

Я имею в виду, помогла ли психотерапия дочерям понять ситуацию, принять и отпустить. И начать новую жизнь.
P.S. шизофреногенная мать как раз не болеет шизофренией, она её провоцирует своим поведением у дочери. Но не факт, что та заболеет.

Как поговорю с матерью, услышу ее равнодушный, бессердечный голос, на завтра заболеваю, появляется тревожность. А так все вылечилось с помощью психотерапии. С детьми не позволяю безучастного отношения.Как бы их не ругал отец, не меняю дружеского общения с ними.

Читайте так же:  В чём ценность психотерапии

Шизогенная мать


Дома у моей матери алтарь из икон и иконы размером с картины в музее, у деда также алтарь имеется. Вечера до сих пор и один, и другой проводят в чтении православных книг, видео и прослушивании песнопений. Моя мать активный деятель православной церкви — собирает деньги на строительство храмов и монастырей. Она «святой и уважаемый человек» в глазах окружающих.

Шизогенная и шизофреногенная мать – нестрогие понятия, употребляемые некоторыми психологами в практике. По мнению таких психологов, шизогенная мать – это женщина, которая формирует у своего ребёнка шизоидные черты личности (характера), а шизофреногенная мать формирует болезнь шизофрению.

1. Шизогенная или шизофреногенная мать?

Исторически изначально возникло понятие именно шизофреногенная, а не шизогенная мать.

Однако понятие именно шизофреногенная мать было подробно разработано не Зигмундом Фрейдом, а Фридой Фромм-Рейчман в 1948 году. По её мнению, шизофреногенная мать – холодная доминантная женщина, не обращающая достаточного внимания на потребности ребёнка. Для шизофреногенной матери ребёнок – социальный проект, а не маленький любимый человек. Такие матери могут демонстрировать трудности в рождении и воспитании ребенка, своё материнское самопожертвование, а на самом деле использовать условный социальный проект «Ребёнок» для достижения своих целей в жизни. А далее всё происходит примерно так, как описывал Зигмунд Фрейд.

Впоследствии ни взгляды Фрейда, ни взгляды Фромм-Рейчман не получили строгих научных доказательств. Статистические данные показывают, что матери большинства тяжелых больных шизофреников не соответствуют описаниям Фрейда и Фромм-Рейчман. По всей видимости, в возникновении и развитии шизофрении, как болезни, доминируют совсем другие причины.

Однако некоторые практикующие психологи замечали, что определенный тип личности и характера матери очень часто сопровождается высокими показателями шизоидности ребенка, что доказывается общепризнанными авторитетными психодиагностическими методиками (например, MMPI). Эти психологи считают, что наличие определенного психологического типа матери (как единственной причины) недостаточно для возникновения и развития шизофрении, но провоцирует у ребенка шизоидность (пограничное состояние между нормой и патологией – шизофренией), а вот высокий уровень шизоидности уже может быть почвой для развития болезни шизофрения при наличии других более весомых причин (например, наследственных).

В своей практике мы многократно встречали случаи, подтверждающие это предположение. Вот почему мы считаем понятие шизофреногенная мать некорректным, а вот понятие шизогенная мать – пусть и нестрогим, но вполне допустимым и корректным для практического психолога, где имеют значение многолетние наблюдения за психикой и поведением людей, подкрепленные психодиагностическими обследованиями. Таким образом, мы говорим о шизогенной (а не шизофреногенной) матери.

2. Кто такая шизогенная мать?

По нашим практическим наблюдениям психологов, шизогенная мать – это доминантная, внутренне эмоционально отчужденная по отношению к ребёнку женщина, которая использует ребёнка, как социальный проект для достижения своих целей, и при этом в своем поведении демонстрирует ребёнку непоследовательность по отношению к нему: от чрезмерного контроля до агрессии (хотя бы только вербальной). Таких матерей мы называем шизогенными, а их дети (как подростки, так и взрослые) при нашем психодиагностическом обследовании чрезвычайно часто показывают высокие показатели шизоидности (на уровне акцентуации или даже психопатии). Несомненно, шизогенная мать не может являться единственной или главной причиной возникновения и развития шизофрении у ребенка (впоследствии взрослого), но спровоцировать высокую шизоидность, последующие драматичные психологические проблемы и тяжёлую социальную дезадаптацию – запросто.

3. Зачем шизогенная мать это делает?

Несомненно, шизогенная мать не делает целенаправленных осознанных усилий по формированию высокого уровня шизоидности у своего ребенка (который впоследствии испытывает закономерные последствия шизоидности во взрослой жизни). Шизогенная мать отдает приоритеты своим жизненным целям и идет на поводу у свойств своего характера (личности). Она не контролирует своё поведение по отношению к ребёнку (в силу незнания клинической детской психологии или по причине эмоциональной распущенности), а уж шизоидный ребёнок у нее получается просто и логично, как следствие её поведения. Шизогенная мать вполне может любить своего ребёнка, но себя, свою личность и свои жизненные цели она любит значительно больше. Меняться для целей воспитания психологически благополучного и социально адаптивного ребенка или, по крайней мере, контролировать свои эмоции и поведение, шизогенная мать не может или не хочет.

4. Как шизогенная мать это делает?

Мы многократно проводили психологические консультации для подростков и взрослых с высоким уровнем шизоидности, которые описывали своих матерей, как шизогенных. Значительную часть этих матерей мы наблюдали непосредственно сами на консультации психолога.

Большинство взрослых шизоидных детей шизогенных матерей описывают примерно похожие алгоритмы возникновения у себя шизоидных свойств личности (характера). Всплески вербальной агрессивности матерей; частая демонстрация матерью эмоциональной отчужденности; доминантное мнение матери по всем вопросам без признания ребенка пусть неравноправным, но хотя бы участником разумной дискуссии; ощущение ребёнка себя нелюбимым и незащищенным, – всё это порождает психологическую и поведенческую реакцию ребёнка по шизоидному типу.

Со временем шизоидная реакция становится частью личности и характера. Ребенок начинает испытывать желание сбежать в иллюзорный приятный мир (например, регрессия в детство, чрезмерное фантазирование или увлечение компьютерными играми), формируется нежелание (а впоследствии и неспособность) к близкому эмоциональному контакту (ведь самый близкий человек мать – эмоционально травматична), формируется особое витиеватое и вычурное мышление (попытки ребёнка придумать, как слабому человеку можно избежать доминанты и агрессии со стороны более сильного, и при этом самого близкого).

В результате вырастает подросток, а потом взрослый человек с высоким уровнем шизоидности (на уровне акцентуации или психопатии), что и подтверждается психологическими тестами.

5. Почему именно шизогенная мать, а не шизогенный отец?

Социальные традиции большинства семей таковы, что из двух родителей именно мать, а не отец проводит большую часть времени с ребенком. Если предположить, что шизоидные дети вырастают, в том числе, в результате шизогенного влияния родителей, то именно влияние матери характеризуется длительностью и тотальностью. Закономерно, личность и характер ребенка формируется больше матерью, чем отцом. Агрессивный, доминантный, эмоционально отчужденный отец может восприниматься ребенком, как временное (приходящее и уходящее) «стихийное бедствие» (которое можно переждать или от которого можно спрятаться), а вот мать с подобными качествами (в силу своего постоянного и тотального присутствия в жизни ребенка) не оставляет ребёнку никаких возможностей, кроме как психологически приспосабливаться и деформироваться по шизоидному типу.

Читайте так же:  Про дружбу

6. В чем недостатки понятия шизофреногенная мать?

Как мы уже писали, нет строгих научных доказательств, что определенный психологический тип матери значимо коррелирует (статистически связан) с заболеванием шизофренией у детей и взрослых. В психиатрии есть несколько типичных и обоснованных взглядов на возникновение и развитие шизофрении – в основном, это влияние генетических факторов, и биохимическая аномалия (дофаминовая (допаминовая) гипотеза). Изучение родственников больных шизофренией, а также исследования однояйцевых близнецов это доказывают.

Если один из однояйцевых близнецов во взрослом возрасте имеет диагноз шизофрения, то примерно в 48% случаев у второго близнеца тоже шизофрения. Это очень высокий показатель. А вот если близнецы разнояйцовые, то этот показатель всего 17%. Убедительно!

Чрезвычайно интересна дофаминовая (допаминовая) гипотеза. Согласно многочисленным биохимическим исследованиям дофамин (допамин) и некоторые другие вещества значимо влияют на деятельность нейронов. Есть весомые причины предполагать, что избыток дофамина приводит к шизофрении, а недостаток к болезни Паркинсона. Успехи медикаментозного лечения шизофрении и болезни Паркинсона препаратами, регулирующими уровень дофамина, наглядно это подтверждают.

Но ни генетические исследования, ни показатели биохимической аномалии значимо не коррелируют с психотипическими особенностями матерей шизофреников. Термин шизофреногенная мать – ошибочен! В отличие от термина шизогенная мать, который хотя и не строг, но подтверждается обширной практикой психологов. На наш субъективный взгляд, шизофреногенная мать не существует! Шизогенная мать – несомненно, да!

7. Может ли ребёнок самостоятельно сопротивляться шизогенной матери?

К сожалению, формирование шизоидных качеств – это и есть сопротивление ребенка шизогенной матери. Тот самый случай, когда не сопротивляться невозможно, а сопротивление часто приводит к клиническому своеобразию по типу шизоидности и социальной дезадаптации. В этом трагичность ситуации.

8. Что делать взрослому человеку, если у него шизогенная мать?

А) Изолироваться от воздействия матери (взрослый человек вполне может взять под контроль свои контакты с матерью при сохранении уважения и заботы в адрес матери).

Б) Расширить свой кругозор и осознать свои особенности личности и характера, сформированные в результате воспитания. Осознать происходящее с собой, постараться взять свои реакции под контроль (шизоидность – не шизофрения, её вполне можно контролировать).

В) Обратиться к хорошему психологу, который методами психологической помощи поможет скорректировать негативные последствия воспитания шизогенной матерью.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

9. Чем может помочь психолог?

К счастью, большинство людей с повышенным уровнем шизоидности обладает одновременно высоким уровнем интеллекта. Собственно, это часто неотъемлемое качество шизоидности. В практике психологов цикл психологических консультаций (даже без применения серьезных методик психотерапии) частенько значительно снижал шизоидность у взрослых клиентов – если уж не до нормы, то хотя бы до приемлемого уровня. В этом смысле, ситуация не только не безнадёжная, а наоборот очень перспективная для психологической помощи.

Шизофрения — лечение общением

Форум больных шизофренией, МДП (БАР), ОКР и другими психиатрическими диагнозами (мифами). Группы взаимопомощи. Телепсихиатрия. Психотерапия и социальная реабилитация. Шизофрения обман.

  • Темы без ответов
  • Активные темы
  • Поиск
  • Пользователи
  • Наша команда

Теория двойной связки Бейтсона — шизофреногенная мать

  • Перейти на страницу:

Теория двойной связки Бейтсона — шизофреногенная мать

Сообщение Mirror » 29.07.2008, 18:48

Двойная связка Бейтсона или шизофреногенная мать.

Возникает вопрос: чем вызывается шизофрения? Почему у некоторых людей не развивается или слабо развивается распознавание сигналов, означающих уровни коммуникации? Причины этого Бейтсон обнаружил в детстве шизофреника, в его семейном окружении. Как показало детальное изучение «шизогенных» семей, с подробной киносъемкой, ребенок в такой семье находится в особых условиях, и ключевое положение в развитии болезни чаще всего занимает его мать. То, что при этом происходит, плохо вяжется с обычным представлением о материнской любви. В таких семьях мать «вгоняет» ребенка в шизофрению с помощью точно описанного механизма, который Бейтсон назвал «двойной связкой».

Бейтсон иллюстрирует эти отношения клиническими примерами. Приведем один из них (G. Bateson, Steps to an Ecology of Mind, Ballantine Books, N.Y., 1972).
«Молодого человека, только что вышедшего из острого приступа шизофрении, навещает в больнице его мать. Обрадовавшись ей, он импульсивно обнимает ее за плечи, на что она отвечает оцепенением. Он отводит руку, и она спрашивает: «Разве ты больше не любишь меня?» Он краснеет, а она говорит: «Милый, ты не должен так смущаться и стыдиться своего чувства». Пациент едва смог пробыть с ней несколько минут. Сразу же после ее ухода он напал на ассистента, и его пришлось связать.

Конечно, этого можно было избежать, если бы молодой человек способен был сказать: «Мама, ведь я видел, что тебе было неприятно, когда я тебя обнял, что тебе трудно было принять мое чувство». Но у шизофренического больного такой возможности нет. Его глубокая зависимость и его опыт не позволяют ему комментировать поведение его матери, она же комментирует его поведение и вынуждает его принять всю законченную последовательность действий. При этом пациент испытывает следующие трудности:
(1) Реакция матери, не принимающей чувства своего сына, искусно прикрывается осуждением его жеста замешательства, а пациент, приняв это осуждение, отрицает тем самым свое восприятие происшедшего.
(2) Высказывание «Разве ты больше не любишь меня?» в этом контексте означает, по-видимому:
(а) «Меня надо любить».
(б) «Ты должен любить меня, а иначе ты плохой сын и виноват передо мной».
(в) «Ты ведь любил меня раньше, а теперь не любишь», и тем самым внимание смещается с выражения его чувства на его неспособность чувствовать. Для этого у нее есть основания, поскольку он также ненавидел ее, и он, соответственно, отвечает на это чувством вины, на которое она реагирует нападением.
(г) «То, что ты только что выразил, не было любовью»

Читайте так же:  Как вернуть чувства в супружеские отношения

Возникает безвыходная дилемма: «Если я хочу сохранить мою связь с матерью, я не должен показывать ей, что люблю ее, но если я не покажу, что люблю ее, я ее потеряю» «.

Вовсе не всегда такой конфликт приводит к катастрофическим последствиям. Здоровая реакция ребенка на бессознательное лицемерие матери – это сопротивление: почувствовав противоречия между требованиями матери, ребенок начинает их «комментировать», доказывая несправедливость матери и свою правоту. Но если мать реагирует резким запретом комментировать ее поведение (например, угрожая покинуть ребенка, сойти с ума или умереть, и т.д.) и тем самым не позволяет ему сопротивляться, то у ребенка подавляется способность различать сигналы, обозначающие характер коммуникации, что и составляет зачаток шизофрении. Иногда может помочь вмешательство отца, но в «шизогенных» семьях отец слаб и беспомощен.

Если ребенок имеет возможность сопротивляться противоречивым требованиям матери, это, конечно, нарушает спокойствие семьи, но у такого ребенка есть шансы вырасти здоровым: он научится распознавать сигналы, определяющие логические уровни сообщений. В более абстрактном требовании он распознаёт отрицание более конкретного, возмущается и не всегда повинуется, но отнюдь не смешивает две стороны «связки».
Иначе складывается дело, если ребенок не может сопротивляться. Ребенок учится не различать логические типы сообщений, делая тем самым первый шаг к шизофрении. На претензии матери он отвечает теперь искренним непониманием, так что его считают «ненормальным». А потом этот же шаблон отношений переносится на других людей; но это вовсе не значит, что такой ребенок непременно станет психически больным. Он ходит в школу, проводит время вне семьи и может постепенно научиться различать «сигналы переключения контекстов», если его отношения с «шизогенной» матерью были не слишком интенсивны. Может быть, он будет делать это не так хорошо, как другие; вероятно, у него не особенно разовьется чувство юмора, и он не будет так заразительно смеяться, как его друзья.

Кто такая «шизофреногенная мать», или К чему ведет подавляющая гиперопека

Развитие личности в условиях патологического (неправильного) воспитания. Лектор Журавлёв И.В., врач-психиатр. Видео с сайта Univertv.ru
скачать видео

Подавляющая гиперопека считается самым неблагоприятным типом семейного воспитания. Основным образом, она проявляется сильнейшим контролем со стороны родителей ребенка. Главным действующим лицом в данной жизненной ситуации считается «шизофреногенная мать».

Кавычки здесь неспроста. «Шизофреногенная мать» (schizophrenogenic mother) – термин, определяющий тип матери, доминирующей и не заинтересованной в потребностях других. То есть это совершенно здоровая женщина, не имеющая патологии.

Такой тип матери определяется сильной тревожностью и властностью. Она осуществляет постоянный контроль за действиями ребенка. Своей задачей считает расписать каждый его шаг (в тяжелых случаях – до пенсии оного) и зорко следит за четким исполнением написанного плана.

В трудную ситуацию детей ставит и амбивалентность таких матерей, из которой возникает двойная связь. В этой ситуации ребенок совершенно не понимает, чего хочет его мама. Она может сказать ему: «Иди гуляй», но при этом все ее движения, мимика, то есть невербальные проявления, будут кричать: «Стой здесь, не ходи никуда!». А дети, как правило, очень чувствительны к таким моментам.

«Шизофреногенная мать» не умеет проявлять любовь, материнскую заботу и ласку. Она не интересуется делами и проблемами своего дитя. Вся ее жизнь сосредоточена лишь на том, чтобы требовать с него постоянного подчинения, выполнения уже составленного ей распорядка. Например, ребенок приходит из школы. Она не станет интересоваться, как у него дела, как он играл сегодня с друзьями (и есть ли они у него вообще), что ему понравилось изучать. Ее интересуют только цифры: какие оценки получил.

При таком воспитании ребенок вырастает эмоционально холодным, не умеющим проявлять свои чувства к людям, человеком, который не чувствует социальных норм, правил общества; все его действия пассивны – он ждет распоряжений; у него отсутствуют какие-либо желания и интересы. Он не понимает окружающий его реальный мир, а мир не понимает и не принимает его, считая чудаком «не от мира сего».

Недаром Эрнст Кречмер, психолог, назвал склонных к шизоидному типу детей «мечтой и радостью матерей». Они никогда не осмелятся ослушаться, высказать свое несогласие или поступить по-своему.

[3]

При этом внутренняя жизнь ребенка будет яркой, бурлящей, фантазийной. Там он будет настоящим героем для себя, самостоятельно принимающим решения, мечтающим, ненасытным в деятельности. Но все это будет скрыто за каменной стеной, которая будет отрицательно реагировать на малейшее вторжение на «закрытую территорию».

Это классический пример того, как происходит патологическое развитие личности при неправильном воспитании. Именно вследствие этого формируется шизоидный («шиза» – «расщепление») тип акцентуации характера, который может перерасти в патологию различной степени тяжести.

Шизофреногенная мать

Шизофреногенная мать — это тип матери, поведение которой может привести к шизофрении у ребенка. При этом сама мать, с точки зрения медицины – здорова. Мне чаще приходится работать с детьми подобных матерей. И теперь, когда опыт немного накопился в данной теме, хочется подробнее описать этот феномен и с точки зрения матери, и с точки зрения ребенка.

Часто это добрая и очень заботливая мать. Она много знает, много понимает, у нее все под контролем. Высокая тревожность заставляет ее все продумывать до мелочей. Как бы чего не произошло, ведь мир так опасен.

Своего ребенка она воспринимает как собственность, с которой можно делать все, что угодно. Потребности и желания ребенка игнорируются, не слышатся.

Для такой матери характерна низкая или полное отсутствие критичности к своему поведению и к реальности вообще. Ребенок должен кушать тогда, когда этого хочет мама. Он должен спать, когда мама решила, что пора. С кем ребенку дружить/не дружить мама знает тоже. Ребенок должен чувствовать то, что нравится маме. Одной из моих клиенток 13 лет мать говорит так:

Читайте так же:  Что необходимо своевременно закладывать в ребенка

— Улыбайся! Что ты такая грустная? Улыбайся, я сказала! – звучит почти как приказ.

Когда девочка пытается улыбаться (из страха, чтобы не вызвать еще большую ярость матери), мать заявляет:

— Что ты скалишься наигранно! Это оскал, а не улыбка!

Ребенок в такой ситуации чувствует замешательство, от которого недалеко до помешательства… Такой матери трудно угодить, как ни старайся.

Эта мать точно знает, каким должен быть ребенок и каким не должен. И будет очень мягко, но очень настойчиво добиваться этого соответствия. Любое отклонение ребенка от маминых представлений влечет ярость. Ребенок это чувствует, пугается и пытается соответствовать… Ценою разрушения собственной личности.

Лаской или угрозой ребенка приучают с самого детства рассказывать абсолютно все дорогой мамочке. Ребенок остается под таким же тотальным контролем, как тогда, когда он был в утробе. Мать знает о нем все! Только так она спокойна. А ребенок?

А кого это волнует? Вот так мать «любит» своего ребенка. Уж она-то знает — как она любит своего ребенка! Ведь ребенок – весь смысл ее существования. Она так прямо ребенку с рождения и говорит: «Ты единственная радость в моей жизни!»

А что чувствует ребенок?

Если этот вопрос задать матери, она даже не будет об этом спрашивать своего ребенка. Она за него знает, что он счастлив. Потому что считает, что с такой мамой он просто обязан быть счастливым!

Так что же ребенок чувствует на самом деле?

Давайте спросим у ребенка.

Настя 20 лет, живет 2 года отдельно от родителей. В терапии 2 месяца. Вот некоторые из ее фраз:

«Я чувствую стыд за свое существование на Земле»

«Я потеряла смысл, меня нет. Я рассыпана на крошки как хлеб, как пыль по всему миру»

« Я постоянно ощущаю присутствие матери, ее всевидящий глаз, будто она сидит у меня на плече и критикует»

« Я не могу расслабиться, чтобы заснуть. Мне постоянно нужно куда-то бежать, что-то делать.»

«Меня нет! Я золотая игрушка своей матери!»

Ребенок у такой матери чувствует себя поглощенным ею. В ее полной власти!

Ребенок шиофреногенной матери может быть очень болезненным. От вирусных заболеваний до тяжелых — типа эпилепсии и шизофрении. При этом тяжелые болезни имеют атипическое течение, что только подтверждает психологическую природу их происхождения.

[1]

Болеет ребенок для того, чтобы почувствовать границы своего тела, отдельные от матери. Хотя бы через боль…

У таких детей, а затем взрослых вопрос существования и не-существования ставится ребром. Я есть? Или меня нет? От мыслей о собственной бесполезности, о вопросах бытия и смысла человеческого существования до реальных суицидальных действий.

Такие дети ищут и находят экстремальные занятия, типа паркура, парашютного спорта и тому подобного лишь для того, чтобы почувствовать собственное, отдельное от матери, существование.

Татуировки, жесткий пирсинг тоже сюда. Из желания определить свои отдельные границы.

В любви шизофреногенной матери нет места доверию и чуткости к потребностям другого. А если честно, там нет любви вообще. Есть беспощадная власть с требованиями тотального подчинения представлениям матери об идеальном ребенке, прикрытая лже-заботой и лже-нежностью.

Шизофреногенная мать / Double bind (двойное послание, двойная связь)

Чем вызывается шизофрения?

Причины в детстве шизофреника, в его семейном окружении.

Как показало детальное изучение «шизогенных» семей, плохо вяжется с обычным представлением о материнской любви.

В таких семьях мать «вгоняет» ребенка в шизофрению с помощью точно описанного механизма, который Бейтсон назвал

Прежде всего, надо расстаться с иллюзией, будто все матери любят своих детей.

Психологи заметили, что значительная доля матерей в действительности перестает любить своих детей в возрасте 5-6 лет.

Эрих Фромм описывает в своей книге «Искусство любить» истерическое поведение таких матерей, выражающих в бурных сценах ненависть к своим детям, и советует верить этим чувствам.

Объяснение, по Конраду Лоренцу, состоит в том, что общий всем приматам материнский инстинкт угасает, когда дети достигают указанного возраста.

Но у человека воспитание ребенка втрое дольше, поскольку развитие мозга гораздо сложнее; это явление – так называемая неотения – привело к возникновению другого, чисто человеческого инстинкта материнской любви, действующего в течение всей жизни.

Механизм этого сравнительно молодого вторичного инстинкта, как это всегда бывает в эволюции, менее надежен, чем действие древних инстинктов, и «включение» его после «выключения» первичного инстинкта часто не срабатывает.

В таких случаях матери и в самом деле не любят своих детей, хотя по социальным причинам вынуждены изображать отсутствующее у них чувство. Конечно, эти несчастные женщины не понимают подсознательных процессов, о которых идет речь, но попытки обмануть подсознание к добру не ведут. Другая причина, мешающая развитию материнской любви, – это нелюбовь к мужу, сознательная или нет, которая сплошь и рядом переносится на ребенка.

Double bind (двойное послание, двойная связь)

— ключевая концепция в теории шизофрении, разработанная Грегори Бейтсоном.

Логическим ядром double bind следует считать парадоксальное требование,

основанное на двух противоречивых командах, либо на командах разного логического уровня. Примером такого требования может служить команда:

«Молчать я сказал! Я тебя спрашиваю?» (противоречивость) или «Копать от забора и до обеда»

(разные логические уровни).

Мать, не любящая своего ребенка, но вынужденная имитировать отсутствующее чувство, представляет гораздо более частое явление, чем принято думать.

Она не выносит сближения с ребенком, но пытается поддерживать с ним связь, требуемую приличием. Ребенок, нуждающийся в материнской любви, инстинктивно тянется к матери, поощряемый ее словесным обращением.

Но при физическом сближении у такой матери начинает действовать механизм отталкивания, который не может проявиться в прямой и недвусмысленной форме и маскируется каким-нибудь косвенным способом: мать придирается к ребенку по любому случайному поводу и отталкивает его, высказывая это на более абстрактном уровне, чем первичный уровень «материнской любви».

У ребенка находится какой-нибудь недостаток, он всегда оказывается в чем-нибудь виноват; например, его любовь к матери объявляется неискренней, потому что он не сделал того или другого.

Читайте так же:  Мамино бессилие

Таким образом, ребенок воспринимает противоположные сообщения, выражающие притяжение и отталкивание, и обычно на разных логических уровнях: притяжение выражается в более простой и прямой форме, а отталкивание – в более сложном, замаскированном виде, с помощью несловесной коммуникации или рассуждений, ставящих под сомнение его любовь к матери.

Складывающийся таким образом стереотип связи между матерью и ребенком продолжается и тогда, когда ребенок идет в школу. Внушения матери в таких случаях тоже имеют двойной характер: на низшем уровне мать внушает ему, что он не должен драться с Петей, Васей и т.п., а на высшем, более абстрактном уровне – что он должен «защищать свое достоинство», «не давать себя в обиду», и т.д.

Конечно, во всех случаях ребенок оказывается виновным, поскольку он не исполняет либо первого, прямого внушения, либо второго, косвенного. Этот конфликт между двумя уровнями общения, при котором ребенок «всегда виноват», и называется двойной связкой.

Открытый таким образом механизм двойной связки вовсе не ограничивается отношениями между матерью и ребенком, но представляет весьма распространенную патологию человеческого общения. На бытовом уровне концепция Double bind широко проявляет себя в семейных отношениях и может проявляться как несоответствие между сообщениями вербального характера и сообщениями, посылаемыми невербально. Например, часто встречающаяся ситуация в российских семьях, когда ребенок совершил проступок и мать говорит: «Молодец!», при этом невербально (мимикой, интонацией) выражая порицание. Противоречивость посланий, которые передает мать ребенку, создают неопределенность в интерпретации её истинного послания и, как следствие, создают психологический дискомфорт и ощущение бесконечной (неисправимой) неправоты у ребенка.

При этом, для возникновения действительного двойного послания необходимо соблюдение ряда условий: Человек, получающий двойное послание, воспринимает противоречивые указания или невербальные послания на различных уровнях коммуникации. К примеру: на словах выражается любовь, а невербально выражается ненависть; Ребёнку предлагают говорить свободно, но всякий раз, как он это начинает делать, его заставляют замолчать. Смена контекста, возведенная в систему.

Иначе говоря — всякий раз, когда человек, получающий двойное послание, стремится оправдаться перед манипулятором, тот меняет тему.

К примеру: Жена упрекает мужа, что тот давно не дарил ей подарков, (указывая на продолжительность времени, когда она не получала от него подарков). На что он справедливо замечает, что подарил ей цветы неделю назад.

В ответ супруга меняет контекст сообщения, упрекая его в том, что цветы — это не подарки или, что неделю назад был праздник, а ей хочется получать подарки и просто так. Человек, получающий двойное послание, не способен прекратить общение.

Пример: мать требует, чтобы сын прекратил молчать и реагировал на двойное послание, которое она ему адресует. Неспособность выполнить противоречивые директивы наказывается (например: угрозами о прекращении любви или разрывом отношений).

Таким образом, вышеперечисленные условия создают систему отношений, в которых жертва всегда становится шизофреником, а такие семьи Бейтсон называет шизофреногенными.

Следует также отметить, что концепция Double bind (двойное послание), рассматривает шизофрению — не как болезнь конкретного индивидуума, но как определенную модель отношений, в которой все участники негласно приходят к согласию поддерживать подобные отношения.

Источником формирования таких отношений Бейтсон считает семьи, в которых мать играет ведущую, подавляющую роль, а мужчина в которой слаб, либо в неполных семьях.

Ребенок из такой семьи, повзрослев, выстраивает отношения в своей семье по образу и подобию семьи своих родителей. Типично, шизофреник стремится скрыть в своих сообщениях все, что так или иначе указывает на отношения между ним и лицом, к котоpомy оно адресуется.

Шизофреники обычно избегают местоимений пеpвого и второго лица, стремясь к обобщениям

Часто они говорят о себе в терминах второго лица (ты, вы), когда повествуют о себе или своих ощущениях, так, будто стремятся спрятаться, исчезнуть, быть незаметными для слушателя.

Они избегают сообщать о том, какого рода сообщение они передают — буквальное или метафорическое, ироническое или прямое. На прямые вопросы о том, что конкретно они имеют ввиду, они часто отвечают «Неужели не понятно?», «Ну вы же должны меня понимать», «Надо будет — поймешь» и так далее.

Похоже, что они затрудняются со всеми сообщениями и значимыми действиями, подразумевающими близкий контакт между собой и другими, но остро в этом нуждающиеся.

Они стремятся избегать всего, что дало бы возможность другому рационально интерпретировать их слова.

Повторяющийся опыт наказания приведет к такому привычному поведению индивидуума, словно он ожидает такого наказания и активно пытается его избежать Суммировав вышесказанное, можно сказать, что шизофреник общается так, как будто он ожидает наказания всякий pаз, когда он показывает, что считает себя правым в своем видении ситуации.

Исходя их исследований Бейтсона вытекает положение о том, что этот страх — является опытом получения наказания именно за свою правоту в видении контекста в раннем детстве.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Концепция Двойного послания предполагает, что повторяющийся опыт наказания приведет к такому привычному поведению индивидуума, словно он ожидает такого наказания..

Источники


  1. Бороздина, Г. В. Психология делового общения / Г.В. Бороздина. — М.: ИНФРА-М, 2016. — 304 c.

  2. Лопатина, А. Беседы и сказки о семье. 33 беседы по семейному воспитанию в школе и дома / А. Лопатина, М. Скребцова. — М.: Философская Книга, 2015. — 176 c.

  3. От заботы до власти. Мамочка, пожалуйста. Как стать лучшей мамой. Мысли многодетной мамы. — Москва: Мир, 2016. — 983 c.
Шизофреногенная мать
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here